7 сентября в Абу-Даби состоялся турнир UFC 242, хедлайнерами которого стали российский боец Хабиб Нурмагомедов и американец Дастин Порье. В поединке за титул чемпиона UFC Хабиб одержал победу над американцем с помощью удушающего приема. По итогам боя российский боец заработал $6 млн. Гонорар Порье за бой составил лишь $290 тыс.
Корреспондент «РБ-Бизнес» Ольга Баран поговорила с двумя российскими спортсменами и выяснила, какие гонорары в целом получают российские бойцы ММА и из чего складывается их конечный доход от поединков, как происходит согласование контракта на бой, а также в чем различия ММА-индустрии в России и Америке.
За победу над Порье Хабиб заработал беспрецедентную в истории UFC сумму — $6 млн. Однако, по мнению выступающего в американском промоушене Bellator бойца Виталия Минакова, эта цифра является общим доходом Нурмагомедова за бой и складывается не только из гонорара, но и других выплат. Сам же гонорар не превышал $2 млн, предполагает он.
По его словам, дополнительно к гонорару бойцу начисляется процент от продажи платных трансляций боя. В некоторых случаях по условиям контракта спортсмены могут получать дополнительное вознаграждение от спонсоров. Размер этих выплат напрямую зависит от популярности бойца и его достижений.
Сохрани РБ в избранное
По мнению бойца российского промоушена Fight Nights Владимира Минеева, дополнительный доход спортсменам приносит также участие в различных рекламных кампаниях, в том числе в продвижении самого боя.
«В контракт на бой входит не только гонорар, там очень много пунктов, по которым дополнительно выплачиваются деньги: это и трансляции, и участие в промо боя, в промо всех сопутствующих продуктов — то есть все, что включает сфера единоборств и за что боец может получить деньги. Также дополнительный доход приносит участие в пресс-конференциях, мастер-классах и прочих мероприятиях», — рассказал Минеев «РБ».
Фиксированные гонорары бойцов имеют очень широкий диапазон, их размер также напрямую связан со спортивными достижениями и популярностью спортсменов, рассказал «РБ» Виталий Минаков. По его словам, суммы выплат варьируются от $5–7 тыс. до бесконечности. Он рассказывает, что бонус за победу новичкам равняется сумме гарантированного гонорара.
При этом стартовые гонорары, предлагаемые российскими промоушенами, несколько ниже — около 100–300 тыс. рублей за бой, отметил Минаков. Он подчеркнул, что количество спортсменов, желающих выступить даже за такое низкое вознаграждение, достаточно велико.
«По сравнению с американскими промоушенами российские предлагают начинающим бойцам гораздо меньшие гонорары. Стартовые гонорары в российских промоушенах составляют около 100–300 тыс. рублей. Тем не менее желающих выступить даже на таких условиях немало», — сказал Минаков.
Владимир Минеев в разговоре с «РБ» отметил, что на сегодняшний день Хабиб Нурмагомедов зарабатывает больше всех бойцов на рынке смешанных единоборств.
«Что касается того, хватает ли бойцам гонораров на жизнь, тут я могу говорить только за себя. Я знаю, что многие ребята зарабатывают 100–150 тыс. за бой. С моим гонораром это несравнимо, при этом мой гонорар не сравним с гонораром Хабиба. Все относительно», — заявил «РБ» Владимир Минеев.
По словам бойца, в среднем он получает около 5 млн рублей за один бой, из этой суммы около 20% он тратит на содержание команды. Минеев также подчеркнул, что участие в турнирах ММА не является его единственным способом заработка.
«Мой доход складывается не только из гонораров от боев, но также из доходов от бизнес-комьюнити. Прибыль от поединков составляет только 20% от моего общего дохода», — уверяет он.
Виталий Минаков рассказал, что бойцы несут достаточно большие расходы: необходимо оплачивать работу тренера и команды, аренду зала, медицинские услуги и прочее, поэтому одного гонорара для жизни спортсменам зачастую недостаточно.
Если ты имеешь гонорар в $7–14 тыс. и если вычесть все расходы, разложить их по статьям, в итоге остается не так уж много или вообще ничего не остается, — сказал Минаков.
Иногда, в связи с финансовыми трудностями и в целях экономии, спортсмены пренебрегают качественной подготовкой к поединкам, добавил боец.
«Поэтому многие ребята в силу финансовых трудностей пренебрегают качественной подготовкой. Даже мне, хотя я выступаю на довольно высоком уровне, приходилось иногда самостоятельно готовиться к турнирам. Но не потому, что я не могу оплатить услуги тренера, а просто потому, что не мог найти свободных специалистов в России», — сказал он.
В беседе с «РБ» Виталий Минаков также рассказал, как происходит согласование контракта на бой. По его словам, в каждом промоушене существуют матч-мейкеры, в их обязанности входит согласование контракта с бойцом или его представителем, также они занимаются формированием самих турниров.
Что касается процедуры согласования и заключения контрактов на бой, этим занимаются специальные люди — так называемые матч-мейкеры. В их обязанности также входит формирование самих поединков. То есть у каждой организации, будь то UFC или Bellator, есть свои матч-мейкеры, которые мониторят всех спортсменов, их достижения, составляют рейтинги, потом выдают текущее положение бойцов в условной рейтинговой сетке. А затем на основе всех собранных данных, оценив то, что из себя представляет каждый спортсмен, они формируют турниры, — рассказал Минаков.
Помимо матч-мейкеров существуют менеджеры, которые работают непосредственно с бойцами. Их обязанности заключаются в том, чтобы договариваться с организаторами об участии своего бойца в турнире, а также в «выбивании» хороших условий контракта.
По словам Минакова, в России, по сравнению с США, институт менеджеров развит слабо, и многие спортсмены зачастую вообще не прибегают к их услугам. Отношение менеджеров к бойцам в РФ и на западе также различаются, считает он.
«В нашей стране институт менеджеров очень слабо развит, многие спортсмены, как мне кажется, вообще менеджеров не имеют. Когда я выступал в России, мне менеджер в принципе не нужен был, потому что я самостоятельно могу создать себе все необходимые условия и договариваться с организациями. Кроме того, российские менеджеры работают не так, как западные: у нас в стране, как мне кажется, считают, что спортсмен работает на менеджера, а не менеджер на спортсмена. В Америке все наоборот», — сказал он «РБ».
Виталий Минаков также выразил мнение, что развитие индустрии ММА в США и в России находятся на несопоставимом уровне. По его словам, принципиальное отличие заключается в том, что в Штатах бои смешанных единоборств — это прибыльный бизнес. В России же рынок ММА только пытается выйти на окупаемость.
Индустрия ММА в Америке и в России — две разные планеты. Принципиальное различие в том, что в Америке организация боев — это бизнес, который действительно приносит прибыль. В нашей стране несколько другая ситуация: российский рынок ММА только пытается выйти на рентабельный уровень, — сказал он.
Он также считает, что выход индустрии ММА в России в прибыль зависит в том числе от экономической ситуации в стране, уровня жизни населения и его заработка. По мнению Минакова, в России пока не готовы тратить деньги на развлечения, на платные трансляции не только смешанных единоборств, но и других видов спорта.
«В Америке на чем зарабатывают бойцовские организации? На pay-per-view, на атрибутике и так далее. Я думаю, что у нас пока рано говорить о том, чтобы делать платные трансляции: никто у нас сегодня не заплатит деньги за то, чтобы посмотреть бои, чтобы вообще посмотреть какой-нибудь спорт. Поэтому пока наши организации зарабатывать деньги, как это делают американские, не могут», — сказал он.
Виталий Минаков также добавил, что UFC является идеальным примером прибыльной бойцовой организации.
«Возьмем UFC — идеальный пример прибыльной бойцовой организации. В Америке, конечно, есть другие организации — Bellator, PFL, есть и более мелкие организации, у которых не получается зарабатывать столько, сколько UFC. Это уже машина с именем, она уже очень давно на этом рынке, и сложно создать что-то похожее. И хотя все промоушены пытаются достичь уровня рентабельности, пока это смогла воплотить только UFC. Остальные, если говорить о прибыли, пока плавают намного ниже», — заключил Минаков.
