Спортивный директор Дмитрий Андреев уволен из «Оренбурга». Другого решения было сложно ожидать. Андреева на год отстранили от футбола. Еще два года – условная дисквалификация. Комитет по этике РФС так отреагировал на его агрессивные реплики в адрес судей после матча РПЛ «Ростов» – «Оренбург» (3:2).
После увольнения Андреев рассказал в эксклюзивном интервью «РБ Спорт», есть ли у него обида на «Оренбург», почему он не попрощался с командой и чем займется вне футбола.
– Когда вы узнали об увольнении из «Оренбурга»?
– Когда вышло решение Комитета по этике, это было логично, так как я не могу иметь отношение к футболу. Естественно, надо было увольняться.
– Вам сразу дали понятие об этом?
– Нет, мне не дали понять. В нормальной ситуации, конечно, я бы не ушел. А так как есть решение – отстранение на год от футбольной деятельности, ты должен это исполнять. Не можешь ни работать в клубе, ни еще как-то взаимодействовать.
– Кто вам сообщил об увольнении? Был какой-то разговор с президентом «Оренбурга»?
– Когда решение вынесли, мы созвонились, встретились, все подписали. Как и должно быть юридически.
– Не жалеете сейчас о своей реакции после матча «Ростов» – «Оренбург»?
– Ни о чем не жалею. И жалеть не буду.
– Поступили бы так же?
– 100 процентов. Может быть, форма могла быть другой.
Сохрани РБ в избранное
– Президент «Оренбурга» сказал, что вы подаете апелляцию на решение Комитета по этике. На что вы надеетесь в данной ситуации?
– Я ни на что не надеюсь.
– А почему тогда подаете апелляцию?
– Ну подадим, может, скостят (срок дисквалификации. – Прим. «РБ Спорт»), может, добавят. Есть решение. Его всегда обжалуют. Скажем так, это нормальная ситуация. Поэтому подаем.
– Если вдруг решение будет в вашу пользу, возможно ли ваше возвращение в «Оренбург»?
– Я не думал об этом. Вообще, надо подумать, стоит ли дальше работать в футболе. Когда пять лет работаешь как белка в колесе и ты в каком-то цейтноте… А сейчас есть время что-то проанализировать, задуматься. Поэтому эта ситуация произошла не просто так, я думаю. Надо все взвесить, осмыслить и после этого только что-то говорить. Сейчас нет такого, что надо вернуться или не надо вернуться. Куда вернуться, в каком виде. Сейчас – отдых, семья. А дальше посмотрим. Времени достаточно, чтобы подумать.
– Уже известно, кто будет новым спортивным директором «Оренбурга»?
– Я не имею отношения к клубу, поэтому мне сложно сказать. Эти решения надо спрашивать не у меня.
– Может, с вами советовались перед уходом, кого вы видите?
– Да нет, что значит советовались?
– Все-таки вы собирали команду, которая успешно выступает в РПЛ.
– У меня хорошие отношения со всеми, но сложилась такая ситуация. Жизнь клуба и моя жизнь на этом не заканчиваются. Соответственно, придет другой человек, будет по-другому формировать состав. Не вижу никаких проблем и сложностей, с этим связанных.
– Вы попрощались с игроками «Оренбурга»?
– А чего мне с ними прощаться? Живу в городе. Всегда могу с любым сесть, кофе попить, пообщаться в неформальной обстановке. Я пока не планирую уезжать из Оренбурга в ближайшее время. Будем видеться. Может, кому-то захочется, может, мне. Поэтому нет смысла прощаться. На игры я буду ходить – это мне никто не запретит.
– Можно сказать, что уход из «Оренбурга» – это еще финансовый удар?
– Для меня нет. Эта работа была не для заработка. То, что я работаю в «Оренбурге» или нет, никак на моем финансовом состоянии не отражалось. Для меня это был творческий процесс.
– Все-таки вы не восприняли увольнение из «Оренбурга» как некое предательство?
– Слушайте, я не могу ничего комментировать. Есть решение, а дальнейший ход событий вытекал из логики, что мы должны были расторгнуть отношения. Все нормально.
– Какие у вас ближайшие планы на месяц-полтора?
– Сейчас отпуск. Пять лет в отпуске не был.
– Семья довольна, что папа вернулся?
– Больше всего из всех. (Смеется.)
– Был кто-то, чья поддержка вас удивила?
– Больше удивило другое: что ни один человек не позвонил со словами критики, а все только поддерживали. Это было неожиданно приятно.
– Все-таки вы для себя не ставите точку в футболе?
– Не могу сказать. Это неизвестно. Может, я сейчас начну чем-то заниматься и мне это будет больше по душе.
