Нападающий «Сочи» Георгий Мелкадзе дал большое интервью «РБ Спорт», в котором рассказал о переменах в клубе, лучших игроках РПЛ, Хвиче Кварацхелии, а также поделился собственными страхами.
— В Сочи как-то получше сборы проводить, чем в других странах. В Эмиратах, например, языка не знаешь, город неизвестен. Дома же комфортнее себя чувствуешь, — улыбается Мелкадзе.
— Первый сбор у вас был в Сочи. Обстановку все равно надо было сменить?
— Что касается сборов — да, лучше куда-нибудь ездить. Три сбора в одном месте — это перебор. Иногда даже при двух сборах в одном отеле под конец все начинает надоедать.
— На первых сборах нагрузки были тяжелыми?
— Да, но все нормально. В Эмиратах мы уже работали над тактическими моментами.
— У тебя есть какое-то нелюбимое упражнение?
— Не люблю вообще все, что касается беговых нагрузок. Но я понимаю, что это нужно, и с этими мыслями стараюсь выполнять все упражнения.
— Недавно Баньяц из «Краснодара» сказал, что чуть не помер после «йо-йо»-теста.
— Потому что там бежишь, пока можешь, пока есть характер. Когда силы кончаются, появляется характер. Когда и он заканчивается — останавливаешься.
— Многие футболисты жалуются, что сборы — это День сурка. Когда ты просыпаешься, какая первая мысль приходит в голову?
— Когда просыпаюсь, первая мысль — поесть. Дальше все по расписанию. Когда у команды две тренировки, день проходит довольно быстро.
— Что ты ешь на завтрак?
— Омлет и хэшбраун. Стараюсь питаться без хлеба и сладкого.
Сохрани РБ в избранное
— Если взять спортивную составляющую, чем сборы при Курбане Бердыеве отличаются от твоих прошлых зимних сборов?
— Отличается, конечно, все. Каждый тренер работает по-своему. У Курбана Бекиевича больше внимания к мелочам на тренировках.
— Я смотрел много контрольных матчей команды. Показалось, что «Сочи» стал выглядеть иначе.
— На сборах всегда выглядишь чуть-чуть по-другому. Ты играешь на фоне усталости: в один день мы можем быть чуть лучше готовы, а соперник — физически в плохом состоянии. Команды проводят ротацию составов. И это нормально для сборов — у всех нагрузки. Главное — как ты играешь в сезоне.
— На зимнем турнире все решалось в последнем матче со «Спартаком». Было бы прикольно выиграть кубок?
— Было бы отлично. Любая игра — это вызов, надо стараться побеждать в каждом матче. Но если вы спросите меня, что я хочу — выиграть этот турнир или одну официальную игру в чемпионате, то я выберу второй вариант.
— Другой выбор: обыграть «Спартак» в решающем матче или победить любого другого соперника?
— Для меня — одинаково. Соперник — один на поле.
— В целом, как тебе такие подобные турниры?
— Очень хорошо. Приятно играть, когда товарищеские матчи на сборах показывают на всю Россию. Особенно сейчас, зимой, когда футбольных событий стало меньше.
— Твоя роль в команде изменилась при новом тренере?
— Да, конечно. Я же говорю: каждый тренер видит по-своему. Федотов требовал одно, Гаранин — другое, Бердыев — третье. Это нормально. У каждого тренера свое видение футбола. Пусть схема у нас осталась прежней, но требования изменились. Задача футболистов — выполнять их на поле.
— Тебе потребовалось время, чтобы понять, что от тебя хотят?
— Какое-то время, конечно. В любом случае с первого дня ни один человек не смог сразу все понять и освоить.
— Каким Бердыев кажется тебе на первый взгляд?
— Кто-то может назвать его злым, но мне он показался справедливым. Он говорит футболистам все так, как есть на самом деле.
— Какие воспоминания, связанные с тренером Бердыевым, помнишь лучше всего?
— Победа «Рубина» над «Барселоной» и, конечно, его «Ростов».
— 2 ноября появилась новость, что у «Сочи» меняется тренер, но официально об этом очень долго не говорилось. Что тогда происходило в команде?
— В то время уже сказали, что Гаранин ушел, а до зимы руководить будет Точилин. Нам говорили, что вскоре будет новый тренер.
— Гаранин с вами как-то попрощался?
— Да, зашел в раздевалку.
— В интервью «РБ Спорт» он тепло о тебе отзывался, говорил, что ты много работаешь, но имеешь проблемы с реализацией. Есть за что сказать ему спасибо?
— Да, и в первую очередь — за доверие и за то, что я провел с ним прекрасное время.
— Он рассуждал о том, что ты вынужденно играешь чистого нападающего, хотя начинал карьеру не на острие. Тебе было комфортно на этой позиции при нем?
— Не только при нем я играл нападающего. Началось еще все в «Спартаке-2». Тогда некому было выйти на эту позицию. Со мной тренер поговорил, и я сказал: «Да, конечно, сыграю». У меня неплохо получилось в том матче, с тех пор меня начали ставить нападающим и левым полузащитником. Затем в «Тамбове» играл крайнего хавбека, потом в «Ахмате» меня почему-то поставили нападающим.
— Сейчас ты себя ощущаешь нападающим?
— Сейчас — да.
— Лично для тебя в РПЛ есть нападающий, у которого ты можешь что-то подсмотреть?
— Лично мне нравится, как играет Смолов. У него есть что подсмотреть, например, в плане тонкости и обработки мяча в штрафной площади.
— Знал, что тебя сравнивают с Игуаином?
— Да, слышал. Видел парочку мемов. Это неплохой нападающий. До его уровня мне еще расти и расти.
— Матч со «Спартаком»: ты говорил, что за случай с офсайдом тебе никто не «пихал». Но Гаранин рассказал, что общался с тобой.
— «Пихал» и говорил — это не синонимы. Конечно, мы обсуждали тот эпизод, и что мне там не надо было выключаться. Был похожий момент в матче с «Химками». Там я был в офсайде, оставил мяч, и кто-то другой бил по воротам, создав опасный момент. Так бывает, я не видел эпизода, был выключен из игры. Когда Виктор отдал мне мяч, я стоял за линией центральных защитников и думал, что справа никого нет.
— Когда Гаранин только пришел в «Сочи», со стороны казалось, что в команде была какая-то напряженность. Кто-то говорил, что были небольшие нагрузки. Его не сразу приняли?
— Вроде все было нормально. Но нагрузки были меньше, чем с другими тренерами. Акцент был больше на контроль мяча. Так что сборы были достаточно легкими.
— «Сочи» сейчас в середине таблицы РПЛ. Бердыев любит говорить, что его команды идут от игры к игре. У тебя в голове есть какая-то цель?
— Хочется быть в пятерке. Если у нас получится, никто не расстроится. Если при таких тратах мы займем условное четвертое место — это будет большим достижением, потому что зарплаты в «Сочи» и в других клубах несравнимы. По сути, из середняков выше нас только «Ростов».
— Ты анализировал, почему в первой части сезона не везло?
— Во-первых, травмы. Маргасов, Заика, Ангбан, Цаллагов — это четыре человека, которые весь прошлый сезон отыграли, четыре ключевых игрока. Плюс не было физических нагрузок — это тоже дало о себе знать. Может, не в первом или втором матче, но в пятом-шестом туре кондиции у всех были уже разные.
— Обычно команды набирают по ходу сезона, а у вас получилось так, что сначала было легко, а потом все тяжелее и тяжелее.
— Да, и травмы пошли на этом фоне.
— «Сочи» продлил контракт с Кристианом Нобоа. До скольких лет он еще будет играть?
— Это надо у него спрашивать. Но выглядит он моложе, чем я. Пока он может играть, почему нет? Если здоровье позволит выступать до 45 лет — пожалуйста. Нобоа играет не за счет фантастических физических кондиций, а за счет ума. Это один из лучших футболистов, с которыми я играл в команде. Он в порядке.
— Эксперимент с судейством на турнире в Абу-Даби. Насколько футболистам важно, когда они видят, что им объясняют причину удаления или назначения пенальти?
— Мне кажется, футболистам это вообще неважно. Это важно зрителю, который смотрит матч.
— Ты же сам иногда являешься зрителем?
— Я редко смотрю футбол. Его и так много в моей жизни.
— А что ты смотришь?
— YouTube. Люблю смотреть поп-ММА.
— В поп-ММА кто-нибудь впечатлил по ударной технике?
— Нравится, как себя преподносит Веном. Он еще разговаривает, как в фильме. Очень смешной.
— Полгода назад ты сказал, что с «Зенитом» в РПЛ могут бороться ЦСКА и «Спартак». Прошла первая часть сезона. Возможно ли вообще с ним конкурировать?
— Считаю, что да. Еще 13 туров впереди — это 39 потенциальных очков, никто не мешает тебе побеждать в каждом матче. Если ЦСКА выиграет все матчи, то «Зенит» в любом случае потеряет очки. Это сделать очень тяжело, но все возможно.
— Сейчас «Спартак» — это единственный конкурент «Зенита»?
— На данный момент — да.
— Кого из состава «Зенита» можешь выделить?
— Больше всего симпатизирую Клаудиньо, наверное.
— Кто круче: Нобоа или он?
— До Нобоа ему еще далеко. Но он очень техничный, делает нестандартные ходы в штрафной площади. Мне нравятся такие футболисты.
— Нобоа, Клаудиньо. Кого бы еще выделил из РПЛ?
— Поймите, что Нобоа — это другая ступень. Когда Клаудиньо будет 38 лет, тогда будем сравнивать. Представьте, если Нобоа вернуть на 10 лет назад. Крис — это другой уровень. Любой нынешний футболист РПЛ в свои 38 лет не будет лучшим в России.
— Тогда назови лучшего вратаря, защитника, полузащитника и нападающего в РПЛ.
— Вратарь — это Селихов, безусловно. Я с ним тренировался и знаю, на что он способен. Сейчас он это демонстрирует. У него были травмы, но, когда он здоров, он лучший. По защитнику выбор тяжелый, но, наверное, это Джикия. Против него очень тяжело играть. Полузащитник, без учета Нобоа, Клаудиньо. Форвард — Смолов. Может, сейчас он не в лучшей своей форме, но для меня он лучший.
— Видел драку в матче «Зенит» — «Спартак»?
— Со стороны, понятное дело, все подумали, что это некрасиво, но, наверное, раз начали драться, было очень тяжело сдержать эмоции. Мне так показалось. Но вообще, это неправильно и некрасиво.
— Получилось, как в поп-ММА.
— Да.
— У тебя в карьере были подобные драки?
— На поле, бывало, толкались, но прямо драки не было.
— Эту драку сравнивали с той, что была в Раменском между «Сатурном» и ЦСКА. У тебя бывало такое, что кто-то бесит во время игры?
— Выбесить можно и без игры. Бывает, кто-то взбесит, но это не значит, что я должен накинуться. Надо уметь контролировать свои эмоции. Не умеешь держать себя в руках — будешь сидеть в тюрьме.
— На твой взгляд, кто из молодых ребят в РПЛ может уехать в Европу?
— Мне очень нравится, как на сборах играет и тренируется Амир Батырев. Из других команд понравился Иван Комаров из «Ростова», он играл против нас.
— Сперцян, Сафонов?
— Сафонов в 24 года — молодой?
— У нас некоторые до 30 лет считаются перспективными.
— В моем понимании молодой — это футболист до 21 года. 22 года — это не молодой, но еще и не старый игрок. Ты в этом возрасте уже должен играть и показывать свой уровень. Вот я перестал считаться молодым в 22 года.
— Если брать футболистов до 30 лет.
— Вот Джикия, например, уже не поедет. Все-таки ему ближе к 30. Макаров из «Динамо» может уехать. Многие футболисты могли бы попробовать поиграть в Европе.
— После первого матча на зимнем турнире ты сказал: «Если бы я хотел, мог бы попробовать себя в какой-то европейской стране».
— Меня спросили: «Хотел бы ты уехать отсюда? » Это был вопрос не про какой-то хороший клуб Европы. Если бы я реально хотел уехать из России, наверное, нашел бы себе клуб послабее, чем «Сочи».
— У тебя были какие-то варианты?
— Вариантов не было, потому что я сам не просился, не искал. Но после чемпионата Европы в 2015 году мог попробовать. Если бы тогда захотел, то, наверное, смог найти себе команду. Но понятно, что по силе это мог быть, например, даже не «Лион». Многие начинают с малого, и это нормально.
— Ты не жалеешь, что не было попытки попробовать?
— Нет. Точно не жалею обо всем, что было в прошлом. Иначе могло быть и хуже.
— Из РПЛ уехал знакомый тебе Хвича Кварацхелия. Какой он в жизни?
— Помню, когда первый раз с ним поздоровался, думал, он знает русский язык, а, оказывается, что нет. Я ему: «Как дела?» Когда он ответил, понял, что он не говорит по-русски. Потом с ним только на грузинском разговаривали. В жизни мы не особо близкие друзья. Знакомы, с днем рождения поздравляем друг друга, но нет такого, чтобы я у него или он у меня спрашивал, как дела. В жизни он, как мне показалось, обычный, спокойный парень. Слышал, он в своей родной деревне в Грузии строит большую церковь. Возле дома его всегда ждут маленькие дети из села, с которыми он фоткается, когда выезжает куда-нибудь по делам в город. Это простой парень.
— Вы с ним познакомились во время матча?
— Да. Играл против «Рубина» за «Тамбов» и «Ахмат». Часто пересекались на поле.
— С голами не поздравляешь его?
— Мне кажется, поздравления с голами для него — обыденное дело. Ему весь мир пишет сообщения. Поздравлять надо с трофеями или с днем рождения.
— Ты мог представить, что у него попрет в Италии?
— Да, конечно. Когда я первый раз играл против него, мягко говоря, был слегка в шоке. Притом что тогда он вышел на замену, а не играл с первых минут.
— «Наполи» — это не предел?
— Далеко не предел. Он может оставить след не только в «Наполи», но и во всем мире.
— В сентябре ты сказал, что через сезон можешь задуматься о смене гражданства. Скоро окончание сезона.
— Сейчас у нас был отпуск больше месяца. Если бы я хотел поменять гражданство, за это время что-то да предпринял бы. Я как раз был в Грузии, отдыхал, а потом прилетел в Москву. Но я ничего для этого не делал, потому что пока не горю желанием получить грузинский паспорт.
— С тобой никто не связывался?
— Нет, никто. Корреспондент просто спросил, посещали ли меня мысли играть за сборную Грузии. Конечно, такие мысли посещали. Но историю раздули так, будто я хочу сменить гражданство из-за того, что Карпин не вызвал меня в сборную России. Когда прочитал это перед игрой с «Динамо», был в шоке.
— Сейчас у РФС на повестке возможный переезд в Азию. Что думаешь по этому поводу?
— Уровень в Европе лучше. Но если так сложатся обстоятельства, что надо будет менять конфедерацию, значит, будем играть в Азии. А что делать?
— Может быть, стоит подождать? Все-таки нельзя будет сразу вернуться назад.
— Тогда стоит подождать чуть-чуть.
— Можешь себе представить, что «Сочи» играет в азиатской Лиге чемпионов?
— Да, но, когда все были маленькими, мечтали о гимне европейской Лиги чемпионов, а не азиатской.
— Недавно была новость, что РПЛ заняла 80-е место в рейтинге сильнейших лиг. На твой взгляд, какое реальное место должна занимать наша лига?
— Шестое, наверное. Ну, в топ-10, мне кажется, РПЛ точно вошла бы.
— Егор Голенков недавно сказал, что из-за сложностей по оформлению Fan ID его бабушка не смогла попасть на стадион. У тебя есть друзья, родственники, кто из-за Fan ID столкнулся с проблемами?
— Сложностей ни у кого не возникало, потому что мои друзья разбираются в телефоне и без проблем смогут сделать Fan ID. Родителям, наверное, будет тяжелее, но они постоянно находятся в Грузии, когда я на сборах. Им там комфортнее. В Москве моя семья редко ходит на стадион. Матчи посещают те, кто разбирается в технике. Наверное, сейчас придется оформлять и родителям.
— Ты вообще понял, для чего это сделали?
— Чтобы контролировать, кто заходит на стадион. Одним словом — безопасность. Я так понял.
— Были ли в твоей карьере мысли, что что-то идет не так?
— Не сказал бы. В «Тамбове» я себя чувствовал прекрасно. В «Ахмате» был очень хороший коллектив, я без проблем мог бы играть там, если бы не конфликт с тренером.
— Когда ты в «Сочи» нашел постоянство, тебе стало легче?
— В каком-то плане — да. Каждый год не надо ехать в новый город, покорять новые вершины. Где-то уже можно разложить чемодан и играть спокойно.
— «Тамбов» тебе не остался ничего должен?
— Тогда мне основную зарплату платил «Спартак». «Тамбов» остался должен какие-то премиальные. Но там платили маленькие деньги, не такая сумма, чтобы из-за нее суетиться и подавать в суд на клуб, в котором ты показал себя в премьер-лиге.
— Недавно Кокорин заявил, что заработал за карьеру больше всех других российских футболистов. В комментариях можно было наткнуться на фразы: «Врачи и пожарные получают меньше». На твой взгляд, футболисты справедливо зарабатывают такие деньги?
— Не считаю, что футболистам платят много. Все заслуженно. Есть определенные игроки, которым переплачивают, но, если другой футболист получает в 10 раз больше, меня это не волнует.
— Получается, это вопрос не к футболистам, что врачи получают меньше?
— Наверное, надо не у футболистов отбавлять, а добавлять денег врачам и пожарным. Человеку нельзя прийти в 20 лет и с ходу стать футболистом. Ты с 5 лет тренируешься, отдаешь этому всю свою жизнь. До 35-40 лет каждый день занимаешься одним и тем же. И далеко не все в итоге становятся футболистами. Поэтому лучшие игроки получают больше.
— Как ты все это время учился? Футбол не мешал?
— Я поменял много школ. Например, был в академии «Динамо», учился в одной школе, но до нее было слишком долго идти от дома. Перешел в ту школу, в которой учились динамовцы — оттуда было удобнее добираться на тренировку, хотя тоже путь пешком долгий. Потом я ушел в «Спартак» и перешел уже в третье учебное заведение. Так дошел до «дубля», а в Тарасовке была своя общеобразовательная школа. Она была самой удобной — встал, вышел из школы и сразу пошел на тренировку. Неудобнее всего было в первой школе — половину ТТК надо было пройти.
— Уроки учил или поблажки делали?
— Никаких поблажек. Наоборот, спрос с футболистов почему-то был больше. До 9-10-го класса я был хорошистом с небольшим количеством троек.
— После школы ты поступал куда-то?
— Да, окончил колледж.
— Помнишь, на что потратил свою первую зарплату?
— На квартиру, но не с одной зарплаты. Взял ипотеку и сделал первый взнос. Закрыл ее года за два.
— Это квартира в Москве?
— Красногорск, район Павшино, рядом со стадионом. Там 10 минут до «Открытие Банк Арены».
— Ты грамотно относишься к деньгам?
— Нет. Но надо же купить квартиру. Экономить я вообще не умею. Если отдыхать, то нормально. Одежду купить, другу дать денег на свидание или просто помочь в тяжелое время. Я не в долг даю, а по-дружески.
— Родителям помогаешь?
— Да, конечно.
— Они работают?
— У них свой магазин очков. Там есть продавец, но иногда они сами приходят и продают. В целом родители свое уже отработали.
— Самая необдуманная твоя покупка, о которой ты жалел?
— Иногда жалею о потраченных деньгах в каком-нибудь заведении, в котором платишь депозит и понимаешь, что оно того не стоит. В целом, чтобы человек пожалел о покупке, она должна быть дорогой. Но мне тяжело купить что-то, о чем потом буду жалеть. Всегда изучаю то, на что хочу потратить деньги.
— Каким для тебя должен быть идеальный день в отпуске?
— Просыпаешься не от будильника. Это очень важный фактор. Завтракаешь классическим омлетом, потом обязательно съедаешь сладкого. Выходишь на улицу. Как только открываешь подъезд, дует летний ветер и пахнет природой. Встречаешься с друзьями и играешь с ними в приставку до 12 часов ночи.
— Сколько бы ты себе дал лет, если бы не знал своего возраста?
— Не знаю, как этот мир устроен, но, когда мне было 19 лет, окружающие давали мне 28. Сейчас мне 25 — дают 26-27 лет. Сам себе точно дал бы не 30, но и свой нынешний возраст тоже не назвал бы. Может быть, сказал бы на пару лет старше.
— Чего ты больше всего боишься?
— Это что-то, связанное с родными. Если не брать семью, то, наверное, когда понимаешь, что дружба не будет вечно 24/7. Ты растешь, у тебя есть компания, которая дружит между собой 10-12 лет. Понимаешь, что вы не будете вечно общаться, каждый день на связи. У всех будут семьи, дети. Просто понимаешь, что так, как сейчас, когда мы можем собраться все вместе в отпуске, не будет всю жизнь. Это не страшно, но грустно.
— Что ты выбрал бы — быть супербогатым или быть суперталантливым?
— Суперсчастливым.
— Нравится ли тебе тот человек, которым ты стал?
— Да. Огромная благодарность моим родителям и друзьям, которые воспитали меня. Я бы хотел, чтобы мои дети были такими же воспитанными, как я и мои друзья.
— Сделал ли ты недавно что-то, чем гордишься?
— Перед Новым годом наконец-то достроил дом для семьи в Грузии. Начал строить его, когда был еще в «Тамбове».
— Почему так долго?
— Просто так вышло. Иногда в Москве были траты. В итоге серьезно начал строиться года полтора назад, когда вернулся из «Ахмата».
— В Грузии дешевле дом построить, чем в России?
— Не сказал бы. Там все из Европы, платишь в долларах или евро. Земля дешевле, но строительство — нет.
— Что это за место?
— Город Самтредиа, откуда я родом. Население — 27 тысяч человек. Но пока я не знаю, где буду жить после карьеры.
— Если бы твоя жизнь была фильмом, как бы этот фильм назывался?
— «Великолепная девятка». Но «девятка» не из-за номера на майке, а потому что в нашей компании 9 друзей.
