Игорь Пикущак: В Казахстане за свои деньги возил игроков на восстановление. Руководству это было не нужно

— Если снова возвращаться в 2022 год, то тогда вы, помимо Казахстана, поработали в «Ноа». И по сравнению с успешным первым заходом, когда команда играла в еврокубках, вышло не так удачно. Почему?
— На тот момент у клуба были финансовые проблемы. Да и игроки были не так готовы, как в мой первый заход. Во второй раз не вышло. Трудно находить мотивацию, когда месяцами не получаешь зарплату. Тренерам тоже непросто. 

— Потом у вас полгода с казахстанским «Акжайыком». Там вы дошли до финала Кубка, но при этом вылетели из Высшей лиги — как так вышло?
— Многого рассказать не могу. Команда у нас была хорошей, большая часть футболистов потом получили предложения от более солидных клубов. Когда я приходил, мы были предпоследними. Казалось, что по силам остаться. Но в том числе и определенные закулисные моменты тоже помешали. 

— Я читал, что у вас в решающий момент могло быть не готовым 80% состава. Что это за диверсионные истории?
— В июле-августе мы здорово выглядели, одержали четыре победы подряд. Но осенью по непонятным причинам руководство стало задерживать зарплаты и премии. То есть ситуация, аналогичная с «Ноа». Ушли мотивация, желание проявлять себя. Плюс и судьи нас где-то «прибивали». 

— То есть само руководство не очень хотело, чтобы клуб остался в элите?
— Думаю, они хотели. Но не хотели для этого что-то делать. А чудес не бывает. Были моменты, когда я за свои деньги возил команду на восстановление. Есть еще несколько подобных историй. Руководству это было не нужно. Прошел год, а со мной до конца не рассчитались. Конечно, все это неприятно. Ты отдаешь силы, эмоции, переживаешь. А итог этому всему — вылет из Премьер-лиги. 

— Как вы умудрились дойти до финала Кубка?
— В Кубке мы играли хорошо. Где-то чуть везло, но в целом всех обыгрывали по делу. В 1/4 финала прошли в «Кайрат». 

— В финале шансов не было?
— Мы повели 2:0, потом 2:2, дальше повели 4:2 - и на 97-й соперник сравнял. И на 120-й нам поставили пенальти. Очень эмоциональный и нервный матч. Где-то и арбитры были на стороне соперника. Кому интересно, чтобы команда из Первой лиги участвовала в еврокубках? 

— Сейчас следите за судьбой клуба – как там все происходит?
— Да ничего не изменилось. Мы же играли с ними уже в Первой лиге. Все проблемы остались. 

— Ваша тренерская карьера началась в 2017 году, когда вы несколько лет отработали сначала с молодежкой «Краснодара», потом с «Краснодаром-2». Почему вообще решили стать тренером?
— Я еще лет в 20 решил, что буду тренером. Менеджерство, агентство – это все не мое. 

— Кто вас позвал в «Краснодар»?
— Я ведь играл в «Краснодаре». И когда уходил оттуда в «Амкар», Сергей Николаевич Галицкий сказал, что хотел бы видеть меня в клубе после окончания карьеры. Я закончил в 2016-м, позвонил ему. Мы пообщались, и он пригласил меня начать в академии. Там с инициативой, как я понимаю, выступил и Александр Марьянович – бывший главный тренер академии. Так что все сложилось так, как надо. 

— В 2020-м вы говорили, что там все устроено на высоком уровне. Когда вы начинали в 2017-м, работа на юношеском уровне там уже была топовая?
— Она была такой, когда я еще играл – то есть в 2010 году. Сразу была поставлена высокая планка, которой с того момента соответствуют. Понятно, что футболистам нужно время. Чтобы они росли, показывали себя. Но методики, инфраструктура – все уже тогда было топ. 

— Как у вас проходил переход из игрока в тренеры?
— Поначалу было тяжело. Надо было привыкнуть, присмотреться, понять, как лучше общаться, как себя вести. Откровенно говоря, тренерство дано далеко не каждому. Это очевидный факт.  Но тренером, как и говорил, я хотел быть давно. Еще когда заканчивал карьеру в Молдавии, стал учиться на лицензию С. В «Краснодаре» я начинал с работы с нападающими. А спустя пару месяцев меня перевели ближе к молодежной команде. Я стал ассистентом Мурада Мусаева. 

— И как вам с ним работалось?
— Он к тому моменту уже давно работал тренером. Конечно, какие-то моменты от него почерпнул. 

— В той молодежке были те самые футболисты, которые сейчас на слуху – Уткин, Шапи, Сафонов. Было понимание, что у них все сложится?
— Конечно. Видно по парням, по их качествам, по голове, что они выбьются. Так и вышло. Большая плеяда заиграла. 

— Вы, наверное, особенно за Игнатьевым следили?
— В том числе. Еще очень нравились Уткин, Сперцян. 

— За кого особенно рады?
— За всех, кто сегодня играет – Шапи в Греции, Уткин в «Ростове». И, конечно, Сперцян. 

— А что происходит с Игнатьевым?
—  Зная Ваню, ему надо разобраться в голове. И самому найти пути решения. Плюс дисциплина вне футбольного поля. Это важные факторы, с которыми стоит разобраться. 

— В 18-19 лет его очень хвалили. Это отразилось?
— Он тогда был действительно хорош. Но потом проявились эти самые проблемы. Раньше же забивал. Ему всего 24 года – ничего не потеряно. Я в этом возрасте только из Молдавии уехал. 

— Насколько Галицкий в момент вашей работы тренера был погружен в дела молодежной команды, «Краснодара»-2, как часто вы общались?
— Каждый день. Минимум дважды в неделю были расширенные совещания, когда выступали главный тренер академии, спортивный директор, тренеры старших возрастов. Галицкий знал всех игроков, имел полную информацию. Присутствовал почти на каждой тренировке. Знал все про состав, знал про планируемые замены. Мы все это обсуждали. Информация о плане игры отправлялась перед матчами ему. 

— Вы стали сначала главным тренером «Краснодара»-2, потом молодежной команды. Получается, Галицкий в вас особенно верил?
– Наверное. Не знаю, какие у него в голове были мысли. Он мне их не озвучивал. Мне дали шанс. Думаю, я им воспользовался. 

 — Летом 2019 года вы покинули систему клуба. Почему?
– Я ушел даже в марте. Возникло некоторое недопонимание с главным тренером, спортивным директором. Они были несущественные, но для себя я решение принял. Плюс на тот момент почувствовал, что готов пойти выше и работать со взрослыми ребятами. 

— Вам не поступало предложения войти в штаб главной команды вместе с Мусаевым?
— У меня неплохо получалось работать с «Краснодаром»-2 и молодежкой. И нужен ли я на тот момент был Мусаеву? Если бы он позвал – я, может, и подумал бы. Но в любом случае тогда хотелось быть уже главным. 

— Галицкий не пытался убедить остаться?
— Нет, никто не убеждал. Я принял решение. Зачем удерживать кого-то насильно?

— Общаетесь с ним сейчас?
— Иногда переписываемся. 

— Вы поехали в армянский «Ноа», где успешно себя показали, а потом оказались в «Акроне». Там проработали больше года. Почему в декабре 2021-го покинули клуб?
— Пришел новый генеральный директор, и он решил сменить тренера. История вообще смешная. Он пришел, взял спортивного директора из Шотландии.  Перед отпуском мне сказали, что все нормально, работаем. Я улетел, мне позвонили и заявили, что хотят расторгнуть контракт. Пригласили какого-то испанца, но через несколько месяцев началась СВО, он собрал вещи и уехал. При этом спортивный директор из Шотландии никуда не хотел уезжать. Но его попросили. 

Мы строили команду, все шло хорошо. Но начались странные движения со стороны. Я когда прилетел уже за вещами, то позвонил владельцу клуба Морозову. И он объяснил, что генеральный директор на меня капал. Говорил, что я агентский, какой-то еще. Хотя за все время моей работы за деньги пришел только один человек. По сути, собрал костяк, который сейчас борется за выход в РПЛ, а весной показал себя в Кубке. 

— «Акрон» недавно расстался с Калешиным. Это для вас вряд ли стало неожиданным?
— Немного странно. Зная Женю, он парень откровенный. Думаю, честно сказал про свое видение. Он сам признался, что выступил сильно откровенно в каких-то интервью. Но клуб частный. Владелец имеет право делать то, что захочет. Однако какие-то цели надо проговаривать до подписания контракта. И либо брать тренера со своими идеями, либо под уже имеющуюся философию. 

— Сейчас «Краснодар» — лидер РПЛ. Причем много туров – как вам кажется, может этот сезон стать тем самым?
— Мне бы этого очень хотелось. Сейчас как никогда «Краснодар» это заслужил. Много молодых, сыгранных ребят. Не отступают от своего видения. Хотелось бы, чтобы у них получилось и они выиграли чемпионский титул.

— Чего не хватало до этого?
— Раньше команда была менее опытна. Поэтому и не так стабильно проявляла себя. А команду тащили ветераны. Сегодня другая картина: Сперцян, Черников, Волков — лидеры. Видно, что ребята возмужали. Плюс пришел качественный тренер со своими идеями. Он строит футбол так, как видит сам. И ему дали на это право. 

— Нет ли ощущения, что Ивичу будто бы проще, потому что он вряд ли думает о словах Галицкого про 11 воспитанников и ставит исключительно сильнейших?
— Конечно, ему проще. Как и любому приезжему. В России так повелось, что зарубежным тренерам больше доверия. Хорошо это или нет, но это факт. Хотя объективно высокий уровень Ивич показал сразу. Это отзывы ребят из клуба. 

— Почему Сперцян до сих пор не уехал в Европу?
— Думаю, надо потерпеть. До лета – идеально. Еще полгода надо поиграть в России. А там уже - как он захочет. Но парень, отмечу, очень дорожит «Краснодаром». Скромный, ответственный. Он воспитанник этого клуба и очень его любит. Не думаю, что руководство будет препятствовать его уходу. Но сейчас еще не время. 

— Для России это большая потеря, что он выбрал Армению?
— Думаю, да. Все же он вырос в России. Но его выбор – играть за историческую родину. 

— Что происходит с «Зенитом», почему они не так стабильны?
— Будто бы у игроков меньше мотивации, чем раньше. Не скажу, что ушло качество, но явно есть что-то в психологии. Плюс конкуренты приблизились. «Краснодар», ЦСКА, остальные подтянулись. 

— «Краснодар» – главный кандидат, чтобы подвинуть петербуржцев?
— ЦСКА однозначно поборется. «Спартаку» будет тяжеловато. Как и «Динамо». Но пока вижу трех кандидатов на чемпионство — «Краснодар», ЦСКА и «Зенит».