«Перед стартом было понимание, что могу пробежать быстро»
— У вас были особые чувства перед стартом в Чебоксарах, что можете показать такой результат?
— Перед стартом соревнований я начинал чувствовать себя лучше, более осознанно действовал и бегал на тренировках. Знал, что стадион позволит показать хороший результат и накануне стартов убедился, что ветер будет попутным. У меня было понимание, что могу показать быстрые секунды. В первый день соревнований в предварительном забеге я показал 10,50 с хорошим попутным ветром. Но было ощущение не очень хорошее. В полуфинале 10,27 — тоже не совсем то, что хотелось. Решил в финале не думать о цифрах, а подумать, как максимально выложиться. Получилось так, как и сам не ожидал.
— Вы говорили о цели побить рекорд России еще в начале июня. Как примерялись к этому результату и какую проделали работу, чтобы выйти на пик формы?
— Пик формы должен быть не на первенстве России в Чебоксарах, а на чемпионате России, который стартует через несколько дней, поэтому то, что хотел показать, еще не максимум, но в любом случае все сложилось так, что результат получился. Бежать на такие цифры я был давно готов, поэтому это для меня не особо удивительно.
— Перед чемпионатом России у вас есть ощущения, что в Казани можно пробежать еще лучше и выбежать из 10 секунд.
— Результат зависит не только от того, насколько у тебя все хорошо, но и какие там условия, бегущий или не бегущий стадион. Влияет много факторов, а там уже видно будет, сложится все в мою сторону или нет. В любом случае физическое и техническое состояние должно быть лучше.
— После того как вы побили рекорд, появилась информация, что его могут не засчитать из-за проблем с системой фиксации фальстарта. Откуда пошли эти слухи?
— Обычно на колодках используются проводная система фальстарта, которая фиксирует давление в колодках и может посчитать свою реакцию. Я такой вначале не заметил и подумал, что раз системы фальстарта нет, не смогут засчитать рекорд. Но как оказалось, сейчас есть беспроводная система, которая имеет небольшой датчик два на три сантиметра, который цепляется под педаль. Его сложно заметить. Оказалось, что все было правильно установлено, а я был не осведомлен, что такие системы есть.
«В футболе мог бы зарабатывать больше, но доволен тем, что есть сейчас»
— 10,04 — это второй результат в этом сезоне среди белых бегунов. Для вас реально в будущем конкурировать и с темнокожими спринтерами?
— Наверное, реально, если выходить на топ-уровень. К примеру, француз Кристоф Леметр бежал 9,92, но чтобы все так бегали массово, я не уверен. Хотелось бы верить, что конкурировать с ними реально.
— Вы занимались футболом, но выбрали легкую атлетику. Почему решились на это шаг, хотя уже десять лет назад этот вид спорта в России сотрясали неприятные скандалы?
— Когда я выбирал, особо не думал про скандалы и проблемы. У меня был выбор между двумя видами спорта, но я не думал о будущем и перспективах. У меня просто в тот момент лучше получалось в легкой атлетике, и я подумал, что буду лучше бегать спринт. Это лучше, чем 800 или 1500 метров. Их я набегался в детстве.
— Представители олимпийских видов спорта часто сравнивают свои доходы с доходами футболистов и высказывают недовольство, что это сравнение не в их пользу. У вас не было мысли, что, играя за «Енисей», в ФНЛ вы бы зарабатывали больше?
— Безусловно, такая мысль есть, но я доволен тем, что имею сейчас. Хотелось бы большего, но довольствуюсь и тем, что есть.
— У вас есть ощущение популярности и известности в родном городе?
— Иногда есть такое ощущение. Я все время участвую во всяких номинациях и нахожусь на слуху. Установленный рекорд еще добавит мне известности.
— Известность пришла к вам два года назад, когда получился значительный прорыв в результатах. За счет чего добились такого прогресса?
— Это был физический рост на гормональном уровне, улучшение техники. Мне на тренировках ставили тяжести в определенные места, потом их убирали, и я летел. Получалось очень быстро. Я даже не задумывался над тем, что делаю.
«Можно прогрессировать даже без конкуренции»
— Каким вы видите потенциал для дальнейшего роста и какой возраст считаете пиковым для бегуна-спринтера?
— Думаю, что если разделить на белых и темнокожих, то у последних пик в 21-23, а у белых позже, так как они позже взрослеют. Первый пик у нас в 25, а потом где-то в 28.
— Год назад на Играх БРИКС у вас был первый опыт международных соревнований. Что вам дал опыт соперничества с иностранцами и насколько эти старты отличались от того, к чему вы привыкли внутри страны?
— Каждый международный старт мне всегда запоминается тем, что можно посмотреть и сравнить себя с другими участниками: как они живут, контактируют, разминаются, какие и как делают упражнения, какое у них мышечное напряжение. На это обращаешь внимание в первую очередь. Далее смотришь на организацию соревнований. На Играх БРИКС мы жили все вместе в деревне Универсиады и ездили на автобусах. Кроме того, я бы отметил более масштабный и ответственный уровень этих соревнований.
— Кого можете назвать самым сильным иностранцем, с которым сталкивались на дорожке?
— Наверное, это Рейналдо Эспиноса. Он был не в лучшей своей форме на Мемориале Знаменских, но можно сказать, что потенциально он самый быстрый спринтер из моих соперников.
— В последний месяц пали два старых рекорда России. Алексей Данилов побил на 400 метров результат Олимпиады-1980, а вы установили рекорд на стометровке. Получается, что изоляция не помеха для появления успешного поколения спринтеров?
— Думаю, что можно прогрессировать даже без конкуренции. Это не самый главный фактор, но она позволяет использовать другие методы, по-другому смотреть на себя и видеть то, чего тебе не хватает. Можно обходиться и без нее, так как сейчас полно всяких видео с других чемпионатов, которых можно насмотреться.
— Алексею за рекорд Европы дали миллион рублей. Вам положена какая-то премия за рекорд России?
— Сейчас обсуждается вопрос премирования за рекорды России, но пока мне ничего не положено.
[caption id="attachment_9676859" align="alignnone" width="1599"]
Константин Крылов | Фото: Всероссийская федерация легкой атлетики[/caption]
«Болт умел справляться с большими рычагами»
— Вы считали Мориса Грина примером для себя в качестве техники. Как узнали о нем, притом что он выступал, когда вы были совсем маленьким?
— Да, но мой тренер приводил его в пример, и мне он запомнился. Так как тренер по навыкам и знаниям выше меня, я прислушиваюсь к его мнению, считаю его экспертным.
— В чем был феномен Усэйна Болта, который резко ворвался в мир спринта и установил рекорды, которые в ближайшее десятилетие вряд ли падут?
— Думаю, дело в том, что у него большие рычаги, с которыми он сумел справиться.
— В эпоху Болта ямайские спринтеры доминировали и у мужчин, и у женщин. Почему на Олимпиаде в Париже они остались без золотых медалей?
— У них действительно пошел спад. Такое бывает в спорте, когда уходят сильные спортсмены. Сейчас у них есть два сильных спринтера, которые способны не только забрать олимпийское золото, но и пробежать из 9,70. Просто в Париже у них что-то не получилось.
— За кем следите из современных спринтеров? Кто вам импонирует?
— Кишейн Томпсон, Облик Севилл, Ноа Лайлз. В принципе, я знаю всех сильнейших спринтеров Бриллиантовой лиги и слежу за ними. Могу отличить их по бегу, но не скажу, что слежу за ними очень пристально.
«До сих пор мне нравится играть в футбол»
— Усэйн Болт увлекался футболом и даже играл с профессиональными игроками в благотворительных матчах. У вас не было желания поиграть в футбол в свободное время? Следите за этим видом спорта?
— Я не особо следил за футболом, даже когда им занимался. Мне просто нравилось играть в футбол. Сейчас у меня возникает желание поиграть, мне это нравится. Перед разминкой, когда тренер задерживался, мы находили мяч и бегали по полю немного.
— Что вас мотивирует выступать в России без ближайших перспектив выступить на международных стартах? Призовые и конкуренция позволяют вам получать удовольствие от того, чем вы занимаетесь?
— Пока меня все устраивает. Еще не было такого, чтобы я был недоволен или не хотел этого. Призовые и конкуренция нормальные. Конечно, хотелось бы побегать на международном уровне и поездить по разным странам, но пока такого нет, и я этим не сильно расстроен.
— Насколько комфортные у вас условия для занятий легкой атлетикой в Красноярске?
— У нас есть хороший стадион с дорожкой на 400 метров. Может, он не самый свежий, но нормальный. Также в подсобном помещении под трибуной сделали манеж. Это не совсем то, что бы хотелось видеть, но есть, где побегать. Сейчас есть планы постройки хорошего манежа, но когда он будет готов – пока неизвестно.
«Когда поступал в университет, не ждал от себя многого в спорте»
— Вы оставили учебу на математическом факультете, потому что спорт стал занимать слишком много времени. Вы пошли туда по стопам тренера-математика или в тот момент еще не осознавали, что будете профессиональным спортсменом?
— Скорее всего, второе. Тогда я не ожидал от себя чего-то большого. Спорт неплохо получался на уровне первенства России, но не думал выходить на взрослый уровень и показывать там серьезные результаты. Когда я поступал в университет, не ожидал от себя многого в спорте. Потом пришли успехи, начались трудности в учебе и хотелось больше себя посвящать спорту.
— Планируете получать другое образование?
— Безусловно, такое желание у меня есть. Хотелось бы что-то, связанное со спортом или тренерством, но так как я не сдавал ЕГЭ по биологии, мне сложнее туда поступить.
— На чемпионате России в Казани впервые пройдет забег роботов. Вам было бы интересно посоревноваться не с людьми, а с машинами?
— Если эти роботы не летят, как тюнингованные машины на тысячу лошадиных сил, то я бы посоревновался, а в ином случае желания никакого бы не было.
[rb_readmore id='9676726' post_type='news']
