Гостем шоу 5х5 на ютуб-канале «РБ Спорт: Единоборства» стал чемпион ACA Евгений Гончаров. В большом интервью «РБ Спорт» Евгений рассказал про конфликт с Адамом Богатыревым, с которым будет драться в финале Гран-при ACA 16 августа, про феномен молодого Федора Емельяненко и сборы с его командой, суровые спарринги с Дмитрием Кудряшовым, на которых можно улететь в нокаут, и устрашающие бои Дмитрия в рукопашке. Также Гончаров вспомнил противостояние с Азаматом Мурзакановым, который всех сносил по любителям, борьбу с Магомедом Анкалаевым, который поразил его физической силой, поставил под сомнение талант Джона Джонса, назвал лучшего тяжеловеса мира и рассказал две жесткие истории из молодости, когда был близок к гибели.
- 16 августа в финале Гран-при ACA ты будешь драться с Адамом Богатыревым. Когда ты впервые о нем услышал?
- Когда смотрел поединок с участием своего бывшего соперника Даниэля Омельянчука. Он как раз дрался с Богатыревым. Адам выиграл и показал хороший бой. Обратил на него внимание – неплохой парень. И вот спустя два с половиной года мы встречаемся в финале Гран-при, я защищаю пояс.
- То есть уже тогда ты понимал, что это потенциальный соперник?
- Нет, тогда я не думал об этом. Просто видел, что это неплохой боец. Тяжеловесов не так много, поэтому рано или поздно наши пути могли пересечься.
- Если восстанавливать хронологию ваших взаимоотношений, то впервые вы столкнулись в 2022 году после твоего боя с Тони Джонсоном, когда на пресс-конференции ты говорил с братом Адама по телефону. Так ли это?
- Да, было такое. Я после боя довольный, показал яркое выступление и победил нокаутом, меня все поздравляют, а он написал какие-то нехорошие комментарии, закинув ложку дегтя. Я отреагировал: «Богатырев себе слишком много позволяет, организуйте бой». Журналисты на пресс-конференции начали звонить ему, чтобы у нас получился диалог, но не дозвонились. В итоге я поговорил с его братом: «Если у вас есть какие-то желания, давайте сделаем бой через месяц на следующем турнире ACA». Из-за этого между нами зародился конфликт. Через три месяца в Москве на моем следующем поединке мы увиделись и переговорили. Адам сказал, что видел эту ситуацию не так и закладывал не такой смысл. Мы дали по рукам по-мужски. На этом ситуация была закрыта.
Сохрани РБ в избранное
- Богатырев говорит, что общаться с тобой – это как общаться с умной колонкой. С чем бы ты сравнил ваши разговоры?
- Мы с ним были на подкасте, где он говорил: «Я сам не знаю, чего от себя ожидать». Наверное, он не всегда понимает смысл сказанного. Если я говорю какие-то слова, то аргументирую. Мой посыл понять несложно, а когда говорит он, мне иногда нужен переводчик.
- Существует мнение, что трешток перед боями нужен, но нельзя переходить грани. Какие грани есть для тебя и не переходит ли их Богатырев?
- Трешток уже прошел, интерес подогрет, бой в пятницу. Это современные реалии нашего вида спорта. Если ты хочешь быть интересен зрителю, должен адаптироваться. Не получится молчать, как пять лет назад, когда боец говорил: «Бой покажет, все увидите». Если занимать такую позицию, интереса будет меньше. Ты должен не бояться говорить. С другой стороны, у славян такой менталитет, что мы не привыкли говорить громко. Мы любим делать поступки, поэтому многим моим товарищам трешток дается тяжело. Нужно адаптироваться.
- При этом у тебя есть опыт более жестких конфликтов перед боем. Например, с Мухуматом Вахаевым, когда у вас произошла стычка на интервью. Такие ситуации не сбивают с настроя на бой?
- Где-то даже добавляют. Бой становится максимально принципиальным, тебе не нужно дополнительно настраиваться. Ты зол на соперника, эмоционален. Возможно, это даже мешает. Ты уже не думаешь, что нужно победить по очкам, а выходишь причинить сопернику ущерб. Это похоже на уличную драку. По большому счету, ММА – это и есть уличная драка, только в красивой обложке: клетка, свет софитов, экипировка и рефери.
- Поэтому перед вторым боем с Вахаевым ты спокойно реагировал на его зацепы?
- У меня к нему уже перегорело, наверное. После первого боя были реваншистские настроения, я в течение года или полутора лет думал, что хочу драться с ним, победить и что-то доказать. Если бы на тот момент назначили бой, если была бы пресс-конференция и очная встреча, думаю, диалог был бы другим. А так, утекло много воды, мы стали старше, и меня это уже не так цепляло. Сложно создать конфликт искусственно, если только ты не начинаешь переходить на оскорбления. Но здравый человек такого себе никогда не позволит.
- У Богатырева четыре победы подряд над Дос Сантосом, Омельянчуком, Пессоа и Корниловым. Судя по всему, ты не особо впечатлен его серией.
- Я всегда объективен. Кирилл Корнилов – да, хорошее имя в отечественных ММА, сильный парень. Но предыдущие соперники Богатырева были на сериях поражений. Это удобный для него матчмейкинг. Такая оппозиция точно не давала ему никакого роста. В боксе иногда ведут бойцов, здесь было что-то похожее. Но не потому, что матчмейкеры решили вести Богатырева и сделать ему рекорд. Просто так получилось – кто-то травмировался, на замену вышел Дос Сантос. Омельянчук – это матчмейкинг. Богатырев победил по очкам. С Пессоа он дрался летом, когда все тяжеловесы были либо заняты, либо травмированы. Если смотреть на ситуацию с точки зрения матчмейкеров, то есть Богатырев, который хочет бой, и есть свободный соперник – Пессоа. Для Адама это хороший поединок, для Пессоа – плохой, потому что он был на серии из трех поражений нокаутом. Естественно, Богатырев после двух побед выходит на эмоциональном подъеме и побеждает.
- Как ты оцениваешь уровень Богатырева?
- Неплохой боец, что-то умеет в борьбе, но это не его конек. В партере у него есть определенные скиллы. Нестандартная стойка, как будто он больше каратист – бьет руками и ногами. Всего по чуть-чуть. Я бы не сказал, что это какой-то сверхуровень, что это крутой боец, но недооценивать его нельзя. Когда человек настраивается и готовится, в бою может быть все, что угодно. Нужно подходить к поединку серьезно.
- Ты говорил, что весишь 124 килограмма, при этом ты не самый высокий тяжеловес. Специально набирал максимальное количество массы?
- Нет, так получилось. Максимальный вес на подготовке был 130 килограммов. Просто когда ты качаешься в межсезонье, не держишь диету и можешь позволить себе поесть вкусняшки, вес набирается, тебя заливает водой. Во время интенсивных тренировок вес был 122-123 килограмма. Сбавили нагрузки, зашли на отдых, он опять поднялся. Не было такого, что я хотел набрать и специально наедал.
- Многие бойцы говорят, что работа с железом закрепощает и не особо нужна. Почему у тебя другое мнение?
- Я не знаю таких бойцов, особенно в тяжелом весе. В тяжах преимущество у того, кто сильнее. Если вы на одном уровне в других аспектах, но ты физически сильнее, то победишь: где-то сломаешь его, где-то заберешь в борьбе или еще в чем-то. Безусловно, без каких-то определенных навыков и техники никуда. Но сила – это очень хороший козырь. Нарастить силу со своим весом ты не сможешь.
В UFC сейчас нет фактурных тяжеловесов, но в боксе по-другому. Там ребята прям очень мощно выглядят. Не думаю, что они такие, потому что прыгают на скакалке или бегают кроссы. Друзья рассказывали, что в США в боксерских залах все много работают с железом, потому что это добавляет мощи ударам. Но нужен баланс. Понятно, что если ты будешь сидеть только на качке, то закрепостишься. Нужно грамотно распределять качку, спарринги, специальную работу, тогда все будет нормально. За определенное время до боя нужно убирать работу с железом.
- Ты выходишь на бои под песню Муслима Магомаева «Герои спорта». Почему выбрал именно эту композицию?
- Я занимался борьбой, а эту песню можно назвать гимном соревнований по борьбе. Выбираю ее, отдавая должное этому виду спорта. На бой с Богатыревым поменяю музыку. В рамках противостояния с ним будет то, что нужно.
- На подготовке к боям ты спаррингуешь с Дмитрием Кудряшовым. При этом вы знакомы еще со времен, когда Дмитрий выступал по рукопашному бою. Когда вы встретились впервые?
- В 2010 году мы ездили на чемпионат России по рукопашному бою в город Курск, выступали за Ростовскую область. Он дрался в категории до 90 килограммов, я – свыше 90. Познакомились и потом поддерживали общение. Когда Диме назначили бой с Вагабом Вагабовым, он попросил помочь в подготовке. Ответил ему: «Я боксировал, но не на твоем уровне. Наверное, вряд ли чем-то смогу помочь». Он сказал: «Тебе кажется, попробуй». Было страшновато, потому что с профессиональными боксерами такого уровня я никогда не боксировал. С мастерами спорта – да, но это любительский бокс, а здесь профессиональный. И еще с Кудряшовым, который бьет, как конь копытом.
Лагерь был в Ростове-на-Дону в зале «Триумф». Три раза в неделю мы боксировали, бывало по десять раундов. За три с половиной недели я провел за 50 раундов и почувствовал, что вырос как боксер, стал поувереннее. С того момента мы начали ближе общаться. Потом я попросил Диму помочь в подготовке к реваншу с Мухуматом Вахаевым. Ездил к нему в город, мы провели полноценный трехнедельный лагерь, боксировали, спарринговали, делали специальную работу. Прям хорошо отпахали. На все свои подготовки езжу к нему. Почувствовал, что это дает мне хороший запас прочности. Мы дружим и общаемся.
- Все знают Кудряшова как профессионального боксера. Как он выглядел в рукопашке?
- Страшно для своих оппонентов. Помню, как ребята из его весовой обсуждали на соревнованиях: «Смотри, там этот боксер пошел, сейчас он будет боксировать». Дима бил один удар - и люди падали. Нокауты были на любой вкус: левый боковой на скачке или удар по печени – человек лежит. Он разбивал первых номеров. Было видно, что они боялись пропустить и сразу прыгали в ноги. Он выступал очень зрелищно, нокауты были всегда.
- Кудряшов говорил, что не хочет драться по ММА, потому что он все-таки профессиональный боксер. Как бы Дмитрий выглядел в ММА, если бы его соперник дрался в стойке?
- Думаю, для соперника это бы плохо закончилось. Просто у Димы сейчас много дел помимо спорта. Если он будет готовиться, как раньше, и выйдет в ринг или клетку, соперник долго не протянет.
- Ты не агитировал его попробовать себя в ММА?
- Я думаю, ему это ни к чему. Он все всем доказал. Что может его заинтересовать? Наверное, какое-то сверхприятное предложение, которое любого спортсмена поднимет с дивана. Я бы, наверное, согласился.
- На канале «Ушатайка» выкладывали видео с ваших спаррингов, после одного из которых ты заметно уставший. У тебя была задача работать на максимуме или просто другая нагрузка отнимает больше сил?
- В боксе не зря три раунда по три минуты. Пять минут боксировать тяжело. При этом боксировать с человеком, который дает тебе это делать – это одно, а когда тебе навязывают свою игру, прессингуют, не дают пространства и не дают подумать – это другое. Когда ты постоянно держишь соперника в напряжении, он устает. Ринг у Димы в зале небольшой, там сильно не погуляешь. Он режет углы и дает сумасшедшее напряжение. В этой ситуации ты должен показывать свой класс – либо защищаться, либо контратаковать, либо самому навязывать свой план, либо перебивать. Но перебивать Диму на средней дистанции – это сверхсложная задача. Не знаю, кто вообще может это сделать. Наверное, поэтому такой эффект.
Плюс еще нужно не забывать, что я находился под нагрузками. Кроме спаррингов была дополнительная работа на мешках, на выносливость и так далее. Когда ты спаррингуешь раз в неделю для общего развития и когда спаррингуешь через день с таким оппонентом, как Дима, – это разные вещи. Конечно, ты будешь уставать. Допустим, у меня еще ноги с прошлого спарринга не отдохнули, а мне нужно опять боксировать. Иногда приходишь на спарринги и ничего не можешь сделать, даже бросить джеб. Ноги стоят, как свинцом залитые. Ты просто устал, но по графику подготовки нужно терпеть еще неделю, потому что нельзя уходить на отдых раньше времени. Ты получаешь закалку на фоне усталости.
- Многие могут сказать, у тебя бой по правилам ММА с Богатыревым, но ты спаррингуешь по боксу с Кудряшовым. В чем польза таких спаррингов конкретно перед этим боем?
- Если я хочу лучше боксировать в клетке, я должен заниматься боксом. Причем не просто бить по лапам, а именно спарринговать и в спаррингах пробовать какие-то наработки. Так же и в борьбе – если ты не борешься, ты не растешь и теряешь навыки. Я точечно работаю над боксом с Димой. Спасибо ему, что дает возможность расти на себе. Понятно, что на мне он не растет. Интегрирую в ММА навыки, которые получаю в спаррингах с ним. Если ты умеешь боксировать, то видишь удары, замах, даже по лицу соперника заметно, что он будет делать. Значит, будешь чувствовать себя комфортно в стойке.
Борьбу я тоже прорабатываю с борцами – на стене по позициям, партер, грэпплинг. И уже из этих составляющих формирую свою картину боя. Если соперник бьет ногами, делаем специальные отработки. Например, спарринг-партнер бьет, а моя задача блокировать и контрактовать. Когда выходишь в клетку, этот симбиоз работает. Необязательно проводить контактный спарринг с бойцом ММА в перчатках ММА, чтобы развить свои навыки.
- Еще одна знаковая фигура, с которой ты в свое время тренировался, это Федор Емельяненко. Многие бойцы говорят, что он любит советовать что-то по поводу техники. Например, доворачивать плечи при ударе. Что он советовал тебе?
- Федор сам по себе крутой. Реально такой криптонит, харизматичный человек, от которого идет энергия. Понимаешь, каких бойцов Федор побеждал в свое время, и когда он что-то говорит, слушаешь его с открытым ртом – неважно, чемпион ты ACA или новичок. Есть разные школы бокса, кто-то говорит бить так, в другом месте, что это неправильно. Я считаю, что нет чего-то неправильного. Просто каждому бойцу подходит что-то определенное из-за телосложения и структуры тела.
У Федора есть фишка крутить плечи. Он много перемещается, на тренировках много прыгает на скакалке. Помню, на сборах тренировка начиналась в 17:00. Все приходили на 10-15 минут раньше, а Федор – на полчаса и все это время прыгал на скакалке, затем начинал разминаться со всеми. Потом приходишь на 15 минут раньше – уже все прыгают. Федор прыгает, а ты же не будешь просто сидеть смотреть – тоже прыгаешь. На тех сборах я напрыгался на скакалке, как никогда в жизни. Уже думаешь: «Может, прийти без пяти минут, чтобы поменьше эту скакалку видеть».
Федор легкий на ногах, подвижный, игровой. При этом он тяжело и вовремя бьет. У него поставленный джеб, правый прямой и правый кросс через руку. Помню, что таким ударом он нокаутировал на Bellator в Москве американца Тимоти Джонсона, бывшего претендента на пояс. Федору тогда было 45 лет, а насколько качественнее он все делал, когда ему было 25-30. У него хорошая база, что позволяло в свое время побеждать. Федору только уважение – возможно, благодаря ему я пришел в этот вид спорта. Смотрел его бои и удивлялся, как человек небольшой комплекции может побеждать настолько превосходящих его в габаритах соперников.
- Вы спарринговали на сборах?
- Ну, там такие спарринги были – у меня на Федора рука не поднимается. Перекроешься, а он говорит: «Давай бей!» - «Не могу я тебя ударить». Естественно, боролись мы в полный контакт. Пару раз я становился в пары на спаррингах, но был джорнименом. Он меня бил, а я его бить не мог.
- Чем Федор удивил сильнее всего?
- Он очень быстрый и подвижный. Был эпизод в борьбе – я весил под 120, а он килограммов 105. То есть я объективно мощнее, моложе, действующий боец и неплохо чувствую себя в борьбе. Захожу в нее и думаю: «Сейчас переведу». Но у него очень хорошие навыки дзюдо и самбо. Он в последний момент довернулся и как бедронул меня – я офигел! Не ожидал, что он это так четко делает. В тот момент прочувствовал именно его борцовскую базу, насколько все отработано. Он классно делает бедро и подхват. При этом все быстро и взрывно. Федор показывал это в боях – вроде бы спокойно двигается, потом взорвется. Также он очень хорош в партере. Федор рассказывал и подсказывал многие вещи.
- Ты понимаешь, за счет чего на протяжении девяти лет он оставался непобежденным?
- У него сумасшедшая база борьбы. Он международник по дзюдо и по спортивному самбо, не говоря уже про боевое. А это уже боевой микс, практически то же самое, что ММА. Также у него хорошая школа бокса. Как он так быстро научился – просто спарринговал с хорошими боксерами. Федор рассказывал, что его били на тренировках и он на этом учился. Одну тренировку побили, вторую побили, на третьей дал сдачи. Быстрый рост возможен, когда тебя бьют. Если на тренировке идет прожарка, если ты еле-еле ноги оттуда уносишь, то в любом случае растешь. А если поработали, ты чуть подустал, но не получаешь ущерба, если ты не в опасности, то роста не будет.
Поэтому Кудряшов не боксирует со мной легко. Он бьет сильно и жестко. Если я где-то зазеваюсь и пропущу, он может меня нокаутировать, хотя перчатки у нас 18 унций, есть шлем и полная защита. Когда ты в опасности, ты работаешь на пределе. Это как бой. Но даже в чемпионских поединках тебя так сильно не бьют, как на этом спарринге. Твои рефлексы на пределе. Успеваешь увернуться или подставить плечо, а потом пересматриваешь и думаешь: «Блин, как это у меня получилось?» В эти моменты у тебя появляются навыки.
Так же и Федор набирал на сильных спарринг-партнерах. У него была хорошая база борьбы, которую он наложил на бокс. Со временем добавил удары ногами, защиту от лоукиков – отсюда и результат. Если мы имеем бойца с сильной базой борьбы, например, мастера спорта международного класса по самбо или вольной борьбе, а потом делаем ему хорошую стойку, он будет чемпионом. Например, Виталий Минаков – титулованный самбист, которому просто начали немного показывать какую-то школу бокса, и он стал выигрывать нокаутами. Когда Минаков был на пике, он мог спокойно стать чемпионом UFC. У него сумасшедшая борьба и тяжелые руки. Виталий был чемпионом еще того Bellator, который мощнее нынешнего. Также есть Али Исаев, который был чемпионом PFL. Тоже базовый вольник, мастер спорта международного класса. Он пришел в ММА поздно, получил какую-то базу в стойке и стал чемпионом.
В ММА борьба, наверное, на 70% преобладает над ударкой. Когда ударка не идет, всегда включается борьба. Федор в первых боях много боролся. Заходил с одним-двумя ударами с рук, после чего переводил в партер и наносил добивающие. Федор не боялся партера Ногейры и победил его в таком стиле.
- Вадим Немков перешел в тяжелый вес и провел один бой. Что бы ты ему посоветовал – ждать бой с Фрэнсисом Нганну или дорабатывать контракт и переходить в UFC?
- Я думаю, он бы рад перейти в UFC, но контрактные обязательства этого не позволяют. Нужно ждать. При этом Нганну сейчас может и проиграть. Ему назначил бой против Ренана Феррейры – это просто гигант больше двух метров ростом, который мощно бьет. Нганну после тяжелого нокаута в боксе и не факт, что сможет вернуться. В любом случае у него в голове сидит это поражение. Если он сейчас проиграет, это может быть его последний бой в принципе. Немкову стоит подождать и выйти на победителя этой пары. С другой стороны, может быть неприятный для Вадима матчмейкинг, что его поставят с победителем Гран-при PFL, где русский финал. Например, Нганну подерется с Феррейрой и кто-то получит травму на полгода. Вадиму нужно будет драться. Очевидный вариант – победитель Гран-при, но зачем этот бой Немкову?
- Немков мог бы стать чемпионом UFC?
- Возможно. ММА – такой вид спорта, где нельзя до боя вешать на человека пояс. Когда ты переходишь в новую организацию, это всегда волнующе. Учитывая уровень оппозиции, не факт, что ты будешь побеждать, даже если на бумаге фаворит. Многое зависит от везения. Но, безусловно, Вадим был бы в топах. Он еще не успел обкатать тяжелый вес и провел один бой с парнем, который весит килограммов 105. Мы не видели Вадима с хорошим тяжем с ударкой и борьбой под 120 килограммов весом – вот это будет проверкой. Чем хорош Немков – он быстрый и выносливый, плюс всесторонне развит. Он может быть чемпионом, но все зависит от того, как повезет.
- С кем из команды Федора у тебя были самые тяжелые спарринги на сборах?
- Все ребята интересные. Были тяжелые спарринги с Немковым, с которым мы часто вставали в пары. А вот с Вальком Молдавским спарринговали, наверное, только на третий-четвертый раз, когда он попросил помочь в подготовке. У него тогда была очень хорошая форма. Он небольшой тяжеловес, весит 106-107 килограммов и даже пониже меня, но очень сбалансированный. Валек – боец с хорошими перспективами: боксирует, быстрый, взрывной, дышит, сильный физически и борется. Например, Немков больше ударник, который хорошо бьет ногами и умеет бороться, но предпочитает работать в стойке – у него перекос 70 на 30. Валек – именно симбиоз бойца ММА, который может в любой момент побороться и неплохо идет в стойке.
Кирилл Сидельников на тренировках очень неприятный оппонент. Достаточно плотно бьет и всегда работает первым номером. С ним неплохо спарринговали. Тогда в команде был Гриша Пономарев – очень мощный и большой. Году в 2020-м он весил под 150 килограммов, а я - 115. В борьбе его невозможно было сдвинуть. Если прошел в ноги и не успел что-то сделать, тебя будто плитой придавливает. В стойке у него тоже тяжелые удары, которые не хотелось пропускать. Можно сравнить это со слоном и моськой – я ниже и меньше, а он реально огромный. Хорошие были времена, продуктивные для меня и ребят.
- Ты рассказывал, что выиграл чемпионат ЮФО по рукопашке через три месяца после начала занятий единоборствами. При этом в детстве не был спортивным ребенком и курил. С чем ты связываешь свои успехи?
- Это было первенство ЮФО по юношам. Наверное, все из-за желания и генетики. Я замедлял свой рост, когда курил. Никотин – это яд в таком возрасте. Когда курил, весил 65-69 килограммов, хотя был предрасположен к набору веса, у меня кости тяжелые. Когда бросил, за три месяца набрал около 15 килограммов. До
17-летия как раз оставались три месяца – организм растет, много гормонов вырабатывается. Плюс я занимался: отжимания, подтягивания, гири поднимал. То есть давал толчок организму, было желание развиваться в этом направлении. Максимально выкладывался на тренировках. Можно просто ходить в зал, а можно ходить, чтобы чего-то добиться. У меня было просто сумасшедшее желание.
- Про бойцов часто говорят «базовый боксер» или «базовый борец». Ты дрался по рукопашке и кикбоксингу, выступал по вольной борьбе, сейчас спаррингуешь с боксерами. Какая у тебя база?
- Наверное, рукопашный бой. Я всесторонне развитый боец-универсал, который может бороться и бить. Кикбоксинг, бокс, вольная борьба, партер, контроль – все на достаточно хорошем уровне, отсюда и чемпионство в ACA.
- Ты рассказывал про два боя по рукопашке с Азаматом Мурзакановым, который сейчас выступает в UFC. На тот момент ты понимал, что у него есть потенциал в ММА?
- Он тогда много боев заканчивал досрочно, но я для него объективно был неудобным соперником. При этом к первому поединку на турнире в Ростове-на-Дону я совсем не был готов. Помню, что приехало рекордное количество тяжеловесов – 46, по-моему. Турнир шел на трех коврах, а до финала люди проводили по девять боев. Мурзаканов почти все закончил досрочно. Мы дрались в первом круге, и поединок завершился по очкам. Я дрался из последних сил и не ожидал, что у человека такой уровень. Там такие подачи полетели – он очень хорошо бил руками и ногами, мог бороться. Я проиграл. Во второй раз мы дрались через год в финале чемпионата России в Курске. В полуфинале я прошел действующего чемпиона России Александра Пчельникова. Он выигрывал чемпионат Европы и до этого побеждал как раз Мурзаканова. Получается, что я выбил главного конкурента. Наш бой с Азаматом был очень близким, но победу отдали ему. После этого мы с ним не встречались, сетка нас разводила. По-моему, Мурзаканов – самый титулованный рукопашник. Кто с ним только не дрался. Тот же Салимгерей Расулов, который был уже на хорошем уровне в ММА, не смог его остановить – проиграл по очкам и досрочно. Роман Копылов тогда выступал в категории до 90, а Мурзаканов – свыше. У них был супербой, и Азамат победил. Он сносил всех. Неудивительно, что он сейчас и в UFC побеждает. У него очень хороший бокс, он перемещается в челноке и не принимает удары на себя. Проваливает, контратакует, бьет сильно, умеет бороться. Его база – это такой советский бокс, адаптированный под ММА. Он еще неудобный, потому что левша. Думаю, Мурзаканов может стать чемпионом UFC.
- У тебя в соцсетях есть фото со сборов клуба «Ахмат», где присутствует Магомед Анкалаев. Вы спарринговали?
- Нет, но мы боролись. На сборах почувствовал, что он реально борется лучше всех. Анкалаев очень крепкий физически и базовый боец греко-римского стиля. Мы тогда жили в одной комнате, он рассказывал, что занимался греко-римской борьбой. Общаемся до сих пор. Я тоже из греко-римской борьбы, но потом перешел в вольную. На сборах у меня получалась именно корпусная борьба – я брал корпус, бросал и сажал. А его не смог посадить, хотя у нас была разница в 10-15 килограммов. Он уже тогда был чемпионом лиги «Амхат». Понимал, что это максимально перспективный парень. Он очень мощный от природы – горец. Если сравнивать со славянином, то это такой крестьянин из Сибири, физически сильный человек. С грамотной работой тренеров Магомед развил свои навыки и всех побеждает.
- Сейчас Анкалаев будет драться с Александром Ракичем вместо чемпионского боя.
- В свое время у Хабиба была такая же история. Его не подпускали к титульному бою, хотя он шел на серии побед и был в топ-3. Но достиг титульника своим трудом и упорством. Ему дали чемпионский бой, когда он выиграл девять поединков подряд и завоевал право быть претендентом. Хабиб разнес всех, с ним уже никто не хотел драться. Думаю, Анкалаев тоже всех разобьет. Он победит Ракича и будет только один вариант – драться в чемпионском бою, либо за временный пояс, если Алекса Перейру будут беречь для суперпоединка, например, с Томом Аспиналлом. Как ни крути, Перейра сейчас одна из главных звезд UFC.
- Еще одна история из твоих соцсетей: осенью 2018 года ты выкладывал пост, где обратился к руководству лиги «Ахмат» с просьбой организовать бой против Александра Емельяненко. Были ли попытки сделать этот поединок?
- Нет. Были только какие-то выпады со стороны Александра в мой адрес. Я объясню, почему его вызывал. В 2018 году он выступал за клуб «Ахмат», а я тогда победил Зелимхана Умиева и стал чемпионом. Предложил Александру бой: я чемпион, а ты боец с именем, этот поединок поможет мне медийно, а ты станешь чемпионом, если победишь. То есть все в плюсе. Он отреагировал в духе, что я не его уровень, плюс была еще куча негатива мой адрес.
- Ты говорил, что хочешь проводить громкие бои и не хочешь драться по кругу с одними и теми же соперниками. Но в случае победы над Богатыревым остаются только реванши с Тони Джонсоном, Мухуматом или Алиханом Вахаевым.
- Да, нерадужная перспектива. Конечно, мне бы хотелось бой с ребятами, с которыми я еще не дрался, которые показали свой уровень в других организациях и находятся на слуху. Тот же Сослан Асбаров с хорошей медийкой. Это интересный бой, который можно было бы раскрутить: боксер против бойца ММА. При правильном подходе может получиться не хуже, чем Исмаилов – Минеев. Изначально их поединок не выглядел грандиозным, но благодаря грамотной работе менеджеров мы получили супертрилогию, которую все смотрели. В перспективе наш бой с Асбаровым мог быть таким же, возможно с двулогией или трилогией. Но это должна смотреть организация. Нет такого, что контракт с лигой бесконечен. Если ACA не захочет этот бой, возможно, после окончания контракта где-то в другой организации кто-то захочет его сделать. Возможно, по смешанным правилам. В общем, все можно обсуждать. Это было бы интересно. Как ни крути, имя в ММА-индустрии у меня есть.
- Многие считают, что боксер никогда не победит бойца ММА в ММА и наоборот. Что тебе может противопоставить Асбаров в смешанных единоборствах?
- Это стереотип. Недавно мы чуть не увидели апсет, когда боец ММА мог обрушить короля бокса – Фрэнсис Нганну дрался с Тайсоном Фьюри. Какое состояние и настроение было у Фьюри – это другой вопрос, но если бы Нганну победил, стереотип бы рухнул. Я думаю, что боец ММА может победить боксера по правилам бокса при правильной подготовке. Асбаров – боксер, но знаю, что ему были готовы помочь в школе Абдулманапа Нурмагомедова, которая является одной из сильнейших в мире. По-моему, он занимался тайским боксом, так что у него есть понимание, что такое удары ногами.
- Если говорить про громкие бои и не говорить про Асбарова, какие еще фамилии тебе приходят на ум?
- Чемпионы других организаций. Хадис Ибрагимов неоднократно высказывался, что ACA бережет меня от боя с ним, что они боятся моего поражения и дают ему контракт на три боя. Я считаю, что ACA не то что боятся, просто они не дадут один бой ни ему, ни кому-то еще. Один бой – это пришел, натоптал и ушел. Тому же Фрэнсису Нганну предлагали контракт не на один, а на три боя. Не важно, Хадис Ибрагимов или Нганну, тебе не дадут контракт на один бой в ACA, тем более против чемпиона. Если ты завоевываешь пояс, контракт продлевается на три поединка. Это нормальная практика. Если Хадису сразу дадут бой со мной, почему бы потом еще пару раз не подраться в организации? Ему виднее в плане финансов, потому что он много где выступает и по боксу, и по гибридным правилам. Он не хочет все это терять и связывать себя контрактными обязательствами. Но тут уже нужно что-то выбирать.
- Ты рассказывал, что в 17 лет в один момент бросил курить и поменял образ жизни. Почему принял такое решение?
- Сейчас уже сложно сказать. Просто посмотрел на себя в зеркало. Когда ты растешь, меняются интересы. Хочется и девочкам нравиться, а они не любят парней, которые курят и выглядят не очень. Пришлось взять себя в руки и приводить в порядок, чтобы поднять свою самооценку. До определенного времени вообще не парился, как я выгляжу, но по мере взросления ты понимаешь, что нужно расти и развиваться. Пришло время, и я захотел изменить все. От неправильного образа жизни пришел к здоровому и придерживаюсь этого пути.
- Что было бы, если бы ты не принял это решение?
- Был бы обычным жителем станицы, работал бы, женился. Бывают люди, которые не хватают звезд с неба и ни к чему не стремятся. У меня есть такие знакомые. Человек ходит на работу, у него семья, он не ставит перед собой цели. Говорит, что все устраивает, желания к развитию у него нет. Он находится в зоне комфорта и не хочет из нее выходить. Не говорю, что это плохо, но каждому свое. Счастье в мелочах. Кто-то хочет добиться максимума, кто-то довольствуется малым. И то и другое не хорошо, не плохо.
- Ты рассказывал историю, как во время работы в ночном клубе сумел увернуться от удара ножом. Это самая критическая ситуация в твоей жизни?
- Одна из самых критических. К таким ситуациям невозможно подготовиться. Был обычный день, клуб работал до двух или трех часов, дело шло к закрытию. Минут через 20 уже бы выключали музыку, внутри оставалось небольшое количество людей. Было настроение, что сейчас уже можно ехать домой и ложиться спать. Мой товарищ был внутри, я стоял на входе и отошел, что было упущением. В этот момент в клуб зашла компания человек семь-восемь - и сразу в куртках на танцпол. Вещи нужно было сдавать в гардероб, у нас был дресс-код, а они в спортивных штанах – в общем, максимальный треш. Я не думал, что могут начаться какие-то проблемы. Да, их толпа, но я никогда этого не боялся и не предполагал, что с ними может быть потасовка. Одного из них взял за рукав и говорю: «Пройди на выход к гардеробу, сними куртку и танцуй дальше». То есть достаточно спокойно. Он в этот момент бьет меня по руке с агрессией, начинает матом, я что-то говорю в ответ, и он сразу из-под куртки бьет ножом. Не знаю, как я успел это увидеть. Отпрыгнул назад, максимально прогнулся и почувствовал, как нож чиркнул по футболке. Он еще махнул и разрезал мне палец. Как эта ситуация могла повернуться, если бы я был на десять сантиметров ближе... Наверное, или спортивная пенсия, или конец жизни. Это ночные заведения, там периодически стреляют, режут и так далее, особенно в небольших провинциальных городах. Были ситуации, когда приходилось много драться. Конфликты возникали из ничего и вырастали до массовых драк.
- Это единственный настолько серьезный случай?
- Когда мне было 20 лет, отдыхали на море и чуть не утонули. Купались на матрасе, а его относило все дальше. Когда ты смотришь на берег, кажется, что он недалеко – это обман зрения. Мы были компанией – я, друг и его девушка. Когда поняли, что случилось, начали втроем грести обратно, но из-за течения нас уносило все дальше в море. Была паника и страх, что сейчас можно лишиться жизни из-за какой-то мелочи. При этом матрас был не первой свежести, становился все мягче и в течение получаса спустил бы. В этой ситуации мозг максимально сфокусирован и начинает искать варианты. Друг занимался плаванием, а я не лучший пловец. Понял, что плыть против течения ничем не лучше, чем остаться на матрасе. Решил грести вдоль течения в сторону, где стоят корабли и плавают яхты. Лег на край матраса и начал грести, как катамаран, а девушка размахивала полотенцем. Спасатели потом рассказывали, что увидели силуэт этого полотенца и решили посмотреть, что там. Спасли нас, потом подобрали друга из воды. Он пожалел, что поплыл. Говорит: «Я гребу и понимаю, что берег вообще не приближается, а силы заканчиваются. Перевернулся на спину и уже так устал, что просто молился богу: «Господи, помоги». Из-за такой глупости мы могли погибнуть.
- Другой боец ACA Виталий Слипенко тоже работал в ночном клубе и рассказывал, что это прокачивает психологическую устойчивость. Что он мог решить конфликт на словах и начал понимать, пойдет ли человек до конца. Что тебе дала эта работа?
- Опыт общения с людьми. Проработал там три года и стал настолько матерым, что мог любую ситуацию разрулить в свою пользу, даже самую конфликтную. Мы работали командой из шести человек. Заведение было большим, ходило много народу, но со временем оно стало потухать, и я остался один. При этом разруливал все без применения силы. Потом другой ночной клуб взял на себя мой друг Женя. Туда ходило много кавказцев, и у него постоянно случались с ними какие-то качели. Попросил меня помочь и поработать с ним. У меня была такая база за плечами, что без драк, шума и пыли на словах быстро навели порядок. Я знал, что сказать и кому. Был опыт общения с разными людьми: пьяными, трезвыми, неадекватными. Находил к ним ключи.
- Если посмотреть биографии многих успешных бойцов, они работали в ночных клубах или много дрались в детстве. Это закономерность или случайность?
- Бойцами становятся ребята, которые много времени отдали спорту. Я много отдал рукопашному бою, ездил на турниры, мне хотелось соревноваться. Из-за этого меня затянуло именно в профессиональные ММА. Думаю, дело в этом, а не потому что они какие-то хулиганы. Плюс современные ММА дают возможность заработать. Можно содержать семью и неплохо жить. ММА – это бизнес бедных. Можно добиться успеха с самого низа. Тот же Хабиб не из богатой семьи, но сейчас максимально обеспеченный человек. Таких много – Ислам Махачев, Вадим Немков, другие звезды.
- Ты живешь в Новочеркасске и тренируешься в городе Шахты, который называют то самым зловещим, то самым опасным, то просто худшим в России. Что с ним не так?
- На самом деле, это город олимпийских чемпионов. Есть олимпийская аллея, где явно не пять человек. В Шахтах была сильная тяжелая атлетика. Например, мой тренер ею занимался. Он закладывал мне базу физической подготовки. Так что Шахты – это спортивный город. Город людей, которые оттолкнулись от самого дна и стали олимпийскими чемпионами или чемпионами мира. Например, мой друг Никита Мельников из Шахт. Он чемпион мира и Европы по борьбе, пятикратный чемпион России. Олимпиада – единственный турнир, на котором он не побывал: то травма, то еще какие-то ситуации. Сергей Кутузов – финалист чемпионата мира по греко-римской борьбе, чемпион России. Получил лицензию и должен был ехать на Олимпиаду. Для меня Шахты – город спортивных возможностей, а не серый и преступный. Это эхо 90-х. В Новочеркасске и других провинциальных городах стреляли на каждом шагу.
- В свое время ты ездил в Швецию и тренировался в зале у Александра Густафссона перед его вторым боем против Джона Джонса. Чем запомнился Густафссон?
- Очень высокий и нестандартный боец. Больше любит работать в стойке. Боксер, но такой кривоватый. С нашей школой бокса его техника не сравнится. У него нестандартные удары, например, джеб полуснизу, но это и было его фишкой. Также он очень крупный. Спрашивал, сколько он весит – говорил, что 105. Но там огромные плечи, он больше меня, хотя я весил 115. Густафссон – профессиональный спортсмен до мозга костей. Он очень много работал, но Джонса все-таки не смог победить. Об этом зале остались хорошие воспоминания, классные тренировки и новый подход. Ребята там усердно трудятся.
- После поражения от Джонса Густафссон проиграл еще три боя и, видимо, закончил карьеру. Он уже тогда был на спаде или его подкосил второй проигранный Джонсу поединок?
- Сложно сказать. В жизни бывают разные причины, которые могут помешать. Например, знаю, что у Федора в период поражений в Strikeforce были жизненные обстоятельства, которые мешали тренироваться, выступать и вообще думать о боях. Но нужно делать свою работу и выполнять контрактные обязательства. То же самое может быть у Густафссона. Но уровень у него был очень хороший. Я переводил его на спаррингах, и он вставал из партера за счет физической силы. Это такой скандинав, широкоплечий мощный блондин. Но переводил я его без проблем – проходил в одну ногу, в две, сажал его. Он бил ногами, но так коряво, что нога летела из-за соседнего угла – все было видно. Если бы правильный тренер поставил ему бокс, толк бы вышел. Данные у Густафссона были сумасшедшие.
- В этом же зале был Хамзат Чимаев. Ты рассказывал, что он очень много тренировался. У тебя нет ощущения, что он в итоге загнал себя тренировками?
- Я думаю, его карьера притормозила, потому что так складываются обстоятельства, а не потому что он себя загнал. Но он пахарь, это да. Чимаев жил в зале – там есть небольшие комнатки – и тренировался день и ночь. Он работал со многими тренерами по ударке и джиу-джитсу. То есть пользовался моментом и брал из этого зала все. Из новичка он превратился во флагмана зала, города и страны.
- Эдуард Вартанян называл Джона Джонса самым талантливым бойцом ММА, потому что только он может нарушать режим и оставаться непобежденным. Что особенного ты видишь в Джонсе?
- Ну, я бы так не сказал, что талант… Да, Джонс талантливый, но он много работал в свое время. В молодые годы у него была сильная база борьбы. Его талант в его хороших данных. Плюс он попал в правильное место. Рашад Эванс ему помогал, а в итоге стал соперником в клетке. То есть Джонс был в правильном месте и тренировался с правильными людьми. Вернемся к Чимаеву – пришел молодой парень и тренируется с Густафссоном, который претендует на пояс UFC, с Илиром Латифи, который тогда был в топ-5 полутяжелого веса. Понятно, что ты растешь семимильными шагами.
Также и Джонс. Он попал в правильный зал к правильным тренерам и выстрелил. А по поводу того, что он бухал и кайфовал, многие спортсмены бухают и кайфуют, но когда начинается подготовка, садятся на режим и пашут. Не говорю, что это правильно, но каждому свое. Просто когда ты звезда, то внимание обращают на каждый поступок и выставляют это напоказ. Где-то он сел пьяный за руль, из этого раздули катастрофу. Просто это такая величина, поэтому к нему предвзятое отношение. Ничего такого он не делал. Подебоширил пьяный пару раз, но человек всю жизнь пахал в зале и сам не понял, как его понесло, когда выпил. Не знал меру, когда нужно остановиться.
Разве можно сказать, что в последних боях Джонса в 93 килограммах было что-то выдающееся? Доминик Рейес, по мнению многих, забрал три раунда из пяти. Тиаго Сантос проиграл раздельным решением, Энтони Смит никогда не хватал звезд с неба, но подрался с ним. К этим боям большие вопросы. Не сказать, что талант Джонса что-то перекрывал. Было видно, что у него проблемы, что его борьба не работает. Видимо, она была не такая сильная. Например, борьба Хабиба работает всегда. Сейчас он не тренируется профессионально, но к нему в зал приезжают полутяжеловесы и не могут встать из-под него.
Да, Джонс перешел в тяжелый вес и победил Гана, но это стилистически удобный для него соперник. Дэйна Уайт сейчас хочет убрать поражение из рекорда Джонса. Будем честны, это не является поражением, потому что оппонент снялся с боя после запрещенного удара. Но Уайт хочет, чтобы Джонс ушел непобежденным, чтобы у UFC был эталон, величайший боец на все времена, с которым никто рядом не стоял и никто из других организаций никогда даже близко не подберется к этому достижению. Все делается для этого. А к таланту и навыкам Джонса есть вопросы. В стойке он никогда не являлся выдающимся бойцом. У него были удары локтями и ногами, но в основном он доминировал в борьбе. Переводил и забивал локтями.
- Джонс намекнул, что завершит карьеру после боя со Стипе Миочичем. Ты бы хотел увидеть его бой против Тома Аспиналла?
- Я думаю, нет. Скорее всего, Джонс Аспиналлу проиграет. Я же говорю, что это уже давно не тот Джонс. Он уже много лет едет на одном имени и побеждает с трудом, если не брать бой с Ганом. Ему не выгодно драться с Аспиналлом и ставить свое наследие под удар.
- Считаешь ли ты Аспиналла лучшим тяжеловесом мира на данный момент?
- Возможно. Но мне очень понравился Волков в бою с Павловичем. Я бы лучше посмотрел бой Александра с Аспиналлом, чем с Ганом. Вот эти ребята бы как раз выяснили, кто лучший в мире. Волков может претендовать на это звание. Победой над Павловичем, грозным нокаутером, он показал, что является одним из лучших. Аспиналл побеждал Волкова несколько лет назад, но нынешний Волков – это проблема и для него, и для любого соперника.
- Ты говорил, что в любом из боев считал бы Волкова фаворитом, но в поединке с Ганом даешь 50 на 50, потому что француз для Александра неудобен. Чем именно?
- Ган очень подвижный боец, этим он неудобен для всех. Он легко двигается и бьет ногами с дальней дистанции. При этом хорошо ее чувствует. Но я все-таки склоняюсь к тому, что Александр победит. Я верю в него, он нашел путь, чтобы стать чемпионом UFC, которого ему так долго не хватало. Не вижу, кто может его остановить. Ган – крутой боец с сильной ударкой, но Волков идет вперед как локомотив. Он может победить и Гана, и Аспиналла.
- Ты говорил, что Аспиналл слишком высоко задирает подбородок в бою, на чем его можно подловить. Какие у него еще слабые места?
- Он очень открытый и размашистый, низко держит руки и задирает высоко голову. У него много огрехов в защите. Аспиналл рискованно подставляется под удары. В последнем бою он несколько раз с опущенными руками пытался оттянуться за счет корпуса, и Кертис Блейдс его достал. Но Блейдс не базовый ударник. Будь на его месте Волков, он бы смог уронить Аспиналла. Не вижу в нем ничего непобедимого. Нет там какой-то сверхборьбы или сумасшедшего бокса. Он быстрый и хороший, но у него есть слабые места. Даже если сейчас после двух поражений дать время на подготовку Павловичу, я не уверен, что Аспиналл его победит. Сергею достаточно одного удара, когда Аспиналл поднимет подбородок. Если прилетит джеб на джеб, то упадет британец. Он реально задирает голову. Вопрос времени, когда его достанут.
- «Ушатайка» ежемесячно составляет рейтинг из топ-15 российских бойцов. Давай составим топ-5 российских тяжеловесов.
- Волков - номер один. Павлович - номер два. Третье место поделят Немков и Малыхин. Четвертое и пятое – финалисты PFL Олег Попов и Денис Гольцов. Думаю, многих забыл, но все в пятерку не поместятся.
