Заурбек Плиев: Зинин меня убрал из «Родины». А я добился того, что сделали раздевалку

— В какой момент появился «Ротор»?
— Посодействовал парень из команды, не буду говорить его имя. Он мне позвонил и спросил, хочу ли я в «Ротор». Посмотрел, подумал и говорю: «Меня вариант устраивает, у клуба хорошие условия в плане тренировочного процесса и всего остального». Потому что тщательно готовились к чемпионату мира. Буквально через день-два позвонил спортивный директор «Ротора», поговорили с главным тренером Денисом Константиновичем Бояринцевым. Команда в тот момент улетала в Тюмень. Отыграли, отзвонились, быстро все решили - и я прилетел в Волгоград.

— Уже почувствовали, что Волгоград – футбольный город в России?
— Да, это я сразу на первой игре почувствовал. Такое количество болельщиков! 22 тысячи было на матче с «Балтикой». Я ребятам сказал, что у меня, наверное, последний раз так было, когда я за «Динамо» играл в каком-нибудь дерби.

— Стоит перед командой задача выхода в РПЛ?
— Пока об этом разговора не было. На весь город это не озвучивали. Поэтому, если честно, я пока не в курсе. Мы отталкиваемся от игры к игре, а там уже видно будет.

— Как вы считаете, справедлива система обмена между премьер-лигой и Первой лигой? В РПЛ есть мнение, что 4 команды в ротации – это слишком много.
— У нас сейчас что получается? Две вышли напрямую, плюс «Акрон» залетел через стыки. Три команды. Я считаю, что это нормально. Нет смысла что-то менять. Если хотят менять, пусть тогда расширяют премьер-лигу.

— «Аланию» не взяли в стыковые матчи из-за неготовности стадиона во Владикавказе. Ваш младший брат сейчас там играет. Он рассказывал, как идет строительство стадиона? Двигается дело?
— Мы с ним каждый день на связи. На стадионе уже установили кресла, ворота, в принципе, поляна готова, выполнили довольно большой объем внутренних работ. Может, в 2025 году он будет полностью готов. Сейчас пока не афишируют, потому что уже 5 лет насчет этого стадиона только разговоры идут. Но работа идет, я это точно знаю со слов брата. Они туда приезжают на экскурсию, руководители им показывают, как идет строительство.

— Прошлый сезон вы начинали в «Родине». Почему зимой вы вдруг ушли в «Сокол»?
— Этот вопрос надо задать нашему руководителю на тот момент Алексею Николаевичу Зинину (спортивному и операционному директору «Родины». – Прим. «РБ Спорт»). Чем я ему не угодил? Ему, видимо, просто было неудобно, что у него в команде был капитан, который требовал все для команды.

— А что, например?
— Да все, начиная от медикаментов. Журналист Ивлев тогда писал: посмотрите, в каких условиях готовится «Родина». Он думал, что все супер, а была ужасная раздевалка, команда купалась в холодной воде. И вот все эти моменты я постоянно выяснял с Зининым.

— И что Зинин?
— Ничего, сказали, что все будет. Он меня в итоге убрал. А я добился того, что сделали раздевалку. Сейчас меняют поле. И все медикаменты есть. Мне до сих пор пишут ребята: «Спасибо тебе, капитан, за новую раздевалку и за все, что есть». Просто, видимо, Алексею Николаевичу было неудобно, что к нему постоянно заходят с какими-то просьбами. Если я бы для себя просил, тогда - другое дело.

— Как произошло ваше расставание с «Родиной»? — Мы сыграли 0:0 последнюю игру с Махачкалой. Я прилетел домой, Зинин мне позвонил и сказал, что надо расстаться. Он все сваливал, что это идет от тренера и я не устраиваю Артигу. Но я разговаривал со всем тренерским штабом. Это было личное желание Зинина от меня избавиться. Вы сами видели, где они закончили тот сезон.

— Заняли 5-е место и не попали в стыковые матчи.
— А ничего не меняй, мы как минимум были бы в стыках. Об этом не только я говорю, а в основном вся команда «Родины».

— Артига пытался вас защищать в тот момент?
— Да, защищал. Он мне говорил: не делай поспешных выводов. Я мог остаться. Артига говорил, что он улетает в Дубай и там будет разговаривать с Сергеем Александровичем Ломакиным (владельцем «Родины». – Прим. «РБ Спорт»). Но я для себя решил, что с Зининым я уже не смогу работать, разговаривать и с ним что-то решать для команды.

— Летом Артига тоже ушел из «Родины». Теперь он в «Химках». Сенсационно отобрал очки у «Зенита». Вас удивляет такой прогресс испанского специалиста?
— Нет, я знаю, что он хороший специалист. Испанская школа. «Химки» не боялись играть в футбол с «Зенитом» и другими соперниками. Например, с «Рубином», у которого они выиграли на выезде. Когда они сравняли счет, образно говоря, команда могла сесть в оборону, зацепиться за это очко и увести его. Но «Химки» шли в прессинг, команда играла, комбинировала. Я этому не удивлен. Очень рад за Артигу. Желаю ему дальнейших побед и удачи в этом клубе. Зарекомендовать себя как положено.

— Когда вы уходили из «Родины», писали, что вы могли оказаться в «Алании» или у Дмитрия Парфенова в «Актобе». Не договорились по условиям с этими командами?
— Честно скажу, в «Алании», свое я, наверное, уже отыграл. Хотя был разговор через брата и Алана Чочиева, но не было ясности. Калешин в тот момент только пришел. Видимо, он не мог для себя понять, нужен я ему или нет. По поводу Парфенова – я его ждал до последнего, потому что, когда он возглавил «Актобе», сразу мне позвонил и сказал, что хочет меня видеть. Со многими ребятами в команде я тоже был знаком. Мы уже обсуждали многие моменты. Не знаю, почему не срослось.

Зимой еще с «Торпедо» был вариант, но я сразу отказал. Была уже договоренность с Дмитрием Владимировичем Парфеновым. Я с ним в хороших отношениях и не стал подводить. Но видите, как сложилось. Значит, так надо.

— «Сокол» боролся за выживание в Первой лиге. Чем он вас привлек?
— Уже возобновлялась весенняя часть чемпионата. На тот момент уже особых вариантов не было, потому что все команды были укомплектованы. Вопрос решили через Аслана Дудиева, нынешнего капитана «Сокола». Он позвонил, поговорил с Багой, которому я тоже благодарен. И чтобы не остаться вне футбола на 3-4 месяца, я поехал в «Сокол» и помог команде остаться в Первой лиге. Для себя какой-то опыт тоже получил.

— Летом вы ушли из «Сокола». Говорили, из-за того, что вам предложили опуститься в деньгах. Это действительно так?
— Нет, это неправда. Мне, наоборот, делали максимальные условия, чтобы удержать.

— Почему вы отказались? Не хотели дальше бороться за выживание?
— Честно скажу, не то что за выживание, просто там искусственные поля. А мне не 20 лет Александра. У меня всю карьеру были хорошие условия, слава богу.

— У «Сокола» все было скромно в этом плане?
— Да.

— В РПЛ арбитров критикуют после каждого тура. Как вы оцените судейство в Первой лиге?
— Если брать нашу последнюю игру с «Балтикой», в принципе, было хорошее судейство. Не было особых моментов, чтобы было к чему придраться. Если честно, я никогда не любил обсуждать судей. Нормально работают.

— В прошлом сезоне был резонансный матч «Сокола» с «Акроном», который судил Ян Бобровский, где вас удалили. Был скандал после игры. Действительно судья напортачил?
— К Яну было много вопросов. Что не так с удалением? В том-то и дело, что ничего. Он мне сказал, что я взял игрока соперника за горло. А рука-то вообще не моя была. У меня даже фотография осталась, где я в стороне стою. Ребята говорили, что там можно было удалять каждого, кроме меня. А он удалил меня. Никогда за глаза про судей не говорил, но к Яну Бобровскому всегда были вопросы. И по сей день, видимо, остаются. И не только у меня. Вспомните, как он Махачкалу судил.

— В ситуации с вашим удалением мог бы помочь ВАР. Как вы думаете, он нужен в Первой лиге?
— Конечно, он бы не помешал. Хотя бы на интересных матчах на хороших стадионах. Сейчас в ФНЛ много команд, которые вылетели из премьер-лиги и могут себе это позволить. Если бы был ВАР в той ситуации, то, конечно бы, красная карточка не последовала бы.

— Но все равно получается, если мы видим постоянные судейские скандалы, что ВАР –  это не панацея? Ведь там тоже люди сидят.
— На ВАРе постоянно сидят по 4-5 специалистов. Любой момент они обсуждают по 3-4 минуты минимум. А посмотрите, как в Европе делают: 15-20 секунд, вопрос решен, игра продолжилась. У нас же думают, не могут прийти к совместному решению и зовут главного судью.

— В Швеции отменили ВАР. Как вы думаете, в России не придут к этому?
— Я думаю, что уже вряд ли будут менять. Потому что, видимо, за такой короткий промежуток к нему так быстро привыкли, что у них любое решение – это ВАР.

— Вы дружите с Арсеном Захаряном. Поддерживали его после операции?
— Да, я разговаривал с ним сразу после операции. Сразу ему позвонил, когда он отходил от наркоза. Постоянно поддерживаю с ним связь.

— Как у него настроение? Тяжело, наверное?
— Сейчас уже приходит в себя. К нему прилетели родители. Он не один. Младший брат тоже с ним. Мама, папа рядом. Поэтому Арсен спокойно восстанавливается, постоянно ездит делать процедуры, уже начинает какую-то реабилитацию, работает с голеностопом. Уверен, что он со всем справится, быстро восстановится и начнет работать уже в общей группе и будет помогать своей команде.

— Арсен не говорил, когда он хочет вернуться на поле?
— Видимо, там будет зависеть от наблюдения врачей. Он сказал, что вроде бы в конце сентября должен быть на поле. Плюс-минус. Точно не знаю.

— Еще один ваш друг Александр Кокорин. Вы не звали его вернуться на родину?
— Я с ним давно не общался. Можем только комментариями в инстаграме обменяться. Думаю, он пока сам не хочет. Там он на хорошем счету: играет, забивает, его там любят, ценят, уважают. Ему там комфортно, поэтому пусть сейчас получает удовольствие от футбола и от жизни. Я рад за него.

— «Зенит» ударно начал сезон, но в пятом туре потерял в Химках 2 очка и Максима Глушенкова. Перелом после попадания мяча в кисть руки – это несчастный случай?
— Мне так мяч попадал в руку, но, слава богу, до таких травм не доходило. Видимо, у Глушенкова настолько расслаблена была кисть, что получилось так неприятно. Он набрал такой ход, раззабивался. Видимо, настолько сейчас игра «Зенита» от него зависит, что сказалась замена Глушенкова в матче с «Химками». Он себя хорошо зарекомендовал и играет ключевую роль в команде.

— Вы понимаете, почему «Зенит» так не любят в России? Они надоели своими постоянными победами или есть какие-то другие причины?
— Это футбол, у всех все по-разному. У «Зенита» – Газпром, финансы, возможности. Поэтому они выигрывают. Что касается иностранцев, то вы посмотрите на другие клубы. «Краснодар», «Динамо» – 7-8 иностранцев играют. Как и в том же «Зените». Последнюю игру в «Краснодаре» играли Стас Агкацев и Сергей Петров. Остальные были иностранцы.

— Да. Еще армянин Сперцян не считается легионером.
— Но все равно у него другой паспорт. Не любят «Зенит» – это, может, громко сказано. Может, он приелся, потому что уже столько времени выигрывает чемпионство. Но это футбол. «Химки» показали, что можно спокойно играть с  «Зенитом» и отнимать очки.

— В прошлом сезоне «Зенит» мог остаться без чемпионства. Вы переписывались с кем-то из игроков «Динамо» после ошеломительной развязки?
— Да, я общался со многими. И с Тюкавиным, и с Фоминым. Они были настолько опустошены, что в раздевалке были в ужасном состоянии. У «Динамо» был хороший шанс побороться за чемпионство. Молодая команда, может, чуть психологически не хватило. Но уверен, что в этом году «Динамо» тоже составит конкуренцию «Зениту».

— Может, «Динамо» действительно кто-то проклял? Пока вы там играли, не было таких разговоров? Последний трофей был выигран в 1995 году.
— Нет, даже в шутливой форме ничего такого не было. Где-то не фартит. Даже не знаю, с чем это связано.

— Вас удивило, что «Динамо» не предложило новый контракт Антону Шунину? Показалось, что он расстроился из-за этого.
— Удивило. Я с Антоном нахожусь в хороших, теплых отношениях по сей день. После этой ситуации мы долго разговаривали. Не то что он жаловался, наверное, в первую очередь он был недоволен. Человек всю карьеру провел в одном клубе. Я считаю, что он много сделал для этой команды. Как по мне, с ним поступили чуть-чуть не по-человечески. Это некрасиво. Вот если бы ему за месяц сказали: «Антон, вот такая у нас ситуация. Продлевать контракт мы с тобой не собираемся, дадим тебе сыграть последний матч». Как в ЦСКА, когда уходили Дзагоев и Набабкин. Да тот же Джикия в «Спартаке».

— Шунин планирует заканчивать карьеру?
— Он поддерживает форму, тренируется. У человека есть опыт и имя. Думаю, что ему должно поступить интересное предложение, чтобы он был готов к переезду из Москвы. Если честно, он, может, пока сам для себя не решил про продолжение карьеры.